Отряд прошел еще несколько вагонов, включая почтовый и ресторан, прежде чем занять места в купе первого класса. Едва Артур сел на мягкий диван, натужно засвистел гудок. Поезд мягко тронулся, перестук колес вернул его в давно забытое детство, когда они с мамой и бабушкой каждый год ездили в санаторий на оздоровление. Никакого постельного белья им не выдали, и юноша как мог боролся со сном, пока не плюнул и не лег прямо в одежде.
— Нам всем лучше отдохнуть. — Он улыбнулся задумчивой Хетем, сидевшей напротив. — Ночь предстоит долгая.
— Этот диван довольно маленький, хозяин, мы вместе не поместимся. — Ари нависла над Артуром, глаза кицунэ мягко сияли светло-голубым. Ее длинные черные волосы приятно щекотали кожу, а аромат апельсинов сводил с ума. — Не против, если я буду сверху?
— Н-нет, в смысле, — представив, что ему придется выслушивать от Хетем ближайшие лет сто, Артур с сожалением ответил: — Просто разбудите меня перед началом.
— Как прикажете, хозяин. — Послав приручителю воздушный поцелуй, черноволосая каддэя выскользнула из купе. За ней молча последовала рыжая.
— Что ты себе позволяешь? — По волосам Хетем пробежали огненные змейки. — Он ведь сказал не манипулировать им.
— Я не нарушаю договор. Легкий флирт никому не принесет вреда. — Кицунэ обворожительно улыбнулась. Отросший пушистый хвост мягко прошелся по ноге феникса. — Тебе-то что, Лучезарная? Ты ведь скоро помашешь ему ручкой и оставишь нас наедине.
Не дождавшись ответа, Ари лукаво подмигнула и зашла в соседнее купе. Через несколько мгновений в коридор вышел недовольный волколак, уступивший каддэе нагретое место. Хетем тихо вернулась назад, стараясь не потревожить сопевшего Артура. Она попыталась медитировать, но никак не могла сконцентрироваться. Довольное лицо приручителя одновременно успокаивало и раздражало каддэю.
Артур проснулся от нежного поцелуя. Не успел он протереть глаза, как шумно хлопнула дверь. Поезд все так же стучал колесами, но за окном развернулась глубокая ночь. Сквозь густую пелену облаков не проникало ни единого лучика света звезд и луны.
«Да уж, Ари наглеет, нужно поставить ее на место».
В полной темноте отыскав сапоги и нашарив камзол на столе, он вышел в коридор, отчаянно зевая. Кицунэ встретила приручителя мягкой улыбкой, волколаки мрачной решимостью, а Хетем подчеркнуто смотрела на свое отражение в окне.
— Все готовы? Пошли. — Артур покачал головой, чтобы вызвать хруст, как в кино, но слепленный демоном организм получился выше всяческих похвал.
Самый крупный волколак пошел первым, едва не впечатав Артура в стену. Приручитель чуть было не заставил его танцевать польку, но вовремя одумался — не следовало разбрасываться силой из-за пустяков.
Людей в вагоне третьего класса было как сельдей в бочке. Они теснились на жестких деревянных скамьях, среди перемешанных в спертом душном воздухе запахов человеческих тел, грязной одежды и тлеющего табака. Большинство пассажиров спали, другие вели неспешные беседы, не обращая внимания на господ, которым приспичило прогуляться. Первая проблема настигла грабителей в тамбуре.
Ресторан не работал по ночам, о чем сообщал огромный навесной замок.
— Кто-нибудь умеет взламывать? — без особой надежды поинтересовался Артур.
— Зачем, когда можно сломать. — Волколак взялся за замок, рубашка затрещала из-за вздувшихся мышц, расходясь по шву.
— Не вздумай! — Приручитель невольно применил силу, заставив каддэя замереть на месте. — Слишком шумно, я сам.
Отодвинув недовольного самца в сторону, Артур наставил указательный палец на дужку замка. Стоило только пожелать, как в нее ударила тонкая струя пламени. Металл быстро окрасился в оранжевый, на пол закапала расплавленная сталь. Несколько мгновений — и преграда пала, а сам юноша с трудом удержался от торжествующего «та-да!».
По вагону-ресторану они шли в полной тишине. Деревянные стулья сложили сиденьями на столы, и их ножки казались Артуру пиками на дне замкового рва. Чем ближе они подходили к цели, тем сильнее становилось его волнение.
Новая проблема обнаружилась в тамбуре почтового вагона. Солдат в распахнутой шинели неспешно поливал струей рельсы, во второй руке держа сигарету.
Волколак шагнул к служивому, занося ногу для пинка. Артур едва успел применить свою силу, останавливая зверя и одновременно попросив Хетем действовать. Каддэя недовольно закатила глаза, не одобряя излишнего миролюбия, но все же взяла прислоненную к стене винтовку и наставила дуло на изумленного солдата.
— Руки вверх! И штаны надень, проклятый дикарь! — По виду каддэи всем стало ясно, что, если бы струя не разминулась с ней, она бы точно нажала на спусковой крючок.
— Смилуйтесь, господа разбойники! — Солдат спешно натянул штаны. — Не губите!
— Не голоси. — Артур тяжело вздохнул. Как обычно, все шло не по плану. — Свяжите его и бросьте в ресторане.
Злой как тысяча чертей волколак не захотел заморачиваться с веревкой. Он схватил заверещавшего человека, приложил его головой о косяк и бросил обмякшее тело в вагон.
— Так быстрее. Жить будет. — Каддэй с вызовом оскалил удлиняющиеся зубы. — Еще раз остановишь меня, пожалеешь.
«С каждой секундой он становится все большей занозой. Надеюсь, его пристрелят».
Еще никогда желания Артура не исполнялись так быстро. Крупный волколак резко распахнул дверь, и в следующий миг темноту разорвала вспышка выстрела. Оборотень тупо уставился на расплывающееся на груди пятно, покачнулся и упал на спину.
— Тревога! Нападение! Тревога! — завопил откровенно гуляющий голос.
Артур неожиданно для себя оказался единственным в проходе — каддэи попрятались по сторонам, занимая все свободное пространство. Не желая оказаться следующей жертвой, приручитель действовал на инстинктах. Призывать пламя в набитом мешками и бумагой вагоне оказалось плохой идеей, поэтому он потянул за едва различимую нить, связывающую его с кицунэ.
Новая вспышка, грохот выстрела. Выпущенная пуля почти не двигалась, как в замедленной съемке преодолевая сгустившийся воздух.
А еще Артур успел заметить стрелка. Приручитель отправил в него невидимый снаряд, с удовлетворением услышав грохот врезавшегося в стену тела. Он точно знал, что враг больше не встанет.
— Как он? — Артур склонился над задыхающимся волколаком.
— Не жилец. — Ари хватило пары секунд, чтобы поставить неутешительный диагноз. Кицунэ смело вошла в почтовый вагон, волколаки последовали за ней.
— Бхе… Бхе… — Немыслимым усилием воли волколак приподнялся, прошептав прямо на ухо приручителю: — Берегхи ее…
— Обязательно. — С удивительным спокойствием он смотрел в глаза умирающего, пока в них не погасла искра жизни. С непроницаемым лицом Артур встал, взял за руку Хетем и вошел в почтовый вагон.
Стрелок умер сразу. Вихрастый белобрысый паренек, который травил байки на перроне, уставился в пустоту остекленевшим взглядом. Прикрыв ему глаза, Артур вопросительно посмотрел на кицунэ, застывшую у противоположной двери.
— Она заперта, хозяин. Полностью из стали. Нас ждут. — Словно в подтверждение ее слов из-за решетки высунулось дуло. Вспышка выстрела, и пуля просвистела мимо, врезавшись в мешок с письмами.
— Это ненадолго. — Артур не узнал собственный голос — столько в нем было ярости и злости.
Приручитель прикрыл глаза, концентрируясь на собственном гневе. По его плану, люди и каддэи не должны были погибнуть. Казалось, нет ничего проще — усилить способности кицунэ и очаровать весь взвод, чтобы они сами отдали ценный груз. Как заверила Ари, солдат бы не расстреляли, а любое наказание лучше смерти от огня или чего похуже. И вот теперь все покатилось к чертям…