— Вы… вы правда отпустите её домой с этим? — раздаётся испуганный голос рыженькой. Та самая, что спрашивала про возбуждение от боли.
Я в точности разделяю её ужас. Потому что сама — уже у клетки. И тоже не понимаю, что, чёрт возьми, происходит.
— У неё же даже родственников дома нет! — продолжает юная ласса. — Она одна!
— Такие правила, Тахира, — устало отвечает ласса. — Да и… если он действительно принял — он её не тронет.
Она слегка пожимает плечами и добавляет с показной лёгкостью:
— А если тронет… ну что ж. У нас будет увлекательная лекция об отлове сбежавших диких и о последствиях неправильного обращения. С живым примером.
Некоторые девочки хихикают. Кто-то нервно сглатывает. А я — всё ещё держу в руках ошейник.
И стою перед клеткой. А внутри — мужчина. Чужой. Опасный. Невероятно красивый. И он всё ещё ждёт.
Я кладу руку на запор.
Щелчок. Дверца клетки открывается со скрипом.
— Стой, не спеши, — говорит ласса и активирует что-то на браслете у себя на запястье.
Вокруг клетки вспыхивает магическое поле — невидимое раньше, но теперь будто искрящееся в воздухе тонкой плёнкой. Я чувствую, как волосы на руках поднимаются от напряжения.
— Не бойтесь, до нас ему не добраться, — говорит ласса, как будто речь о диком звере, а не о человеке.
— Давай, Зойлин. Не задерживай нас.
Сухо сглатываю и делаю шаг внутрь.
Он не двигается. Даже не шевелит пальцами. Просто смотрит.
Я подхожу ближе. Его мощное тело напряжено, будто он вырезан из камня. Я поднимаю руку с ошейником, и в тот момент, когда почти касаюсь им его шеи — он резко поворачивает голову ко мне.
Я подпрыгиваю от испуга. Воздух застревает в лёгких. Он мог... мог вцепиться в горло. Или сделать хоть что-то.
Но не сделал.
Кажется... в его глазах пробегает смешинка. Или мне только кажется?
Я осторожно поднимаю руку снова, тянусь к его шее, и застёгиваю ошейник. Щелк. Магические ограничители тут же загораются тусклым светом — синим, с белыми искрами. Знак, что он под контролем.
— Осталось объездить, — с усмешкой говорит ласса. — Но это будет домашнее задание. Дай ему имя. Оно зафиксируется в базе. И забирай.
— Имя? — переспрашиваю я, глядя на мужчину.
— Ну да, — пожимает плечами ласса. — Любое. Пушистик, Зубастик… Я не знаю, как ты хомячка в детстве называла?
Я поворачиваюсь обратно к мужчине. Его взгляд всё ещё цепляется за меня.
Как же тебя зовут?..
И вдруг — всплывает имя. Само по себе. Прямо в моей голове.
Вицер.
Я моргаю.
Странно. Но… ладно. Потом разберёмся.
— Вицер, — произношу я вслух.
Ласса поднимает бровь.
— Хм. Не повезло твоему хомяку. Ладно, Вицер — так Вицер.
Говори: «Вицер теперь принадлежит Зойлин Марс» — и выведи его.
— Вицер теперь принадлежит Зойлин Марс, — повторяю я, чувствуя, как голос едва не дрожит.
Ошейник мягко вспыхивает переливами и… гаснет.
— Встань, — шепчу я, не веря, что он подчинится.
Он встаёт. Медленно, плавно, и оказывается... выше меня на две головы. Сильный. Спокойный. И абсолютно непонятный.
Я смотрю на него снизу вверх и думаю:
Боги… во что я только что влипла?
Глава 3
Я выхожу из клетки, стараясь не споткнуться.
Вицер идёт за мной. Беззвучно, но его ауру игнорировать невозможно. Сбежать не пытается. Словно и правда принял... или просто ждёт удобного момента.
Магическое поле всё ещё мерцает вокруг. Ласса не спешит его отключать. Стоит, скрестив руки, прищурившись.
— Знаешь, — говорит она, — остальную информацию я тебе просто пришлю домой. Изучишь в спокойной обстановке. Не будем сейчас тратить время всей группы.
Я лишь киваю. Голова будто не моя.
— Значит, домашнее задание — объездить твоё приобретение, — ласса делает ударение на слове, — и завтра явиться на получение... хм... второго.
— Ещё одного? — вырывается у меня прежде, чем успеваю подумать.
— Ну да, — улыбается она хищно. — Это вот бонус. У так-то у нас неделя отбора. А ты, считай, выбила себе привилегию в виде дикого дарсека.
Я хочу возмутиться. Закричать. Спросить, как вообще возможно получить в "бонус" живого человека — но… язык не поворачивается.
— Только предупреждаю, — продолжает ласса, понижая голос, — второго придётся объездить при всех. Так что… если не выполнишь домашку, Зойлин, завтра все увидят, что ты халтуришь.
Магическое поле гаснет. Щелчок. Она отключает защиту.
Я чувствую взгляд Вицера у себя за спиной. Он не двигается, пока я не сделаю шаг.
— Иди, — шепчу я.
Он послушно следует за мной.
Я выхожу из обучающего центра на автомате.
Не помню, как преодолела лестницу, не слышу слов девиц за спиной. Просто иду.