Игорин проживал на Московском проспекте напротив метро Парк Победы. Учился он в Ленинградском институте авиационного приборостроения, сокращенно ЛИАП, на факультете приборостроения. Только перешел на второй курс. Игорин был из интеллигентной семьи. Мать трудилась бухгалтером на Ленинградском молочном предприятии №1, а отец был ведущим технологом на этом же предприятии. У них была дача в поселке Вырица, личный автомобиль «Москвич». Достойная по социалистическим меркам, обеспеченная семья. У Игорина перспективное большое будущее. И как только он умудрился подцепить в себя подселенца.
Задача передо мной стояла очень сложная. Уничтожить Хирурга, только этот Хирург находился в чужом человеческом теле. И как мне уничтожить подселенца, не повредив землянина. И возможно ли вообще такое? Если это реально, то тогда я и от своего подселенца могу избавиться. А если вопрос не решаемый, то убирать мне придется в том числе и землянина. И чем только Игорин заслужил такую страшную судьбу?
Первым делом я решил проследить за повседневным маршрутом Игорина. Узнать, что он делает, где бывает. Есть ли что-то в его повседневных передвижениях и встречах подозрительное. И начать решил с его домашнего адреса.
Я завел машину и выехал в сторону Парка Победы.
Игорин проживал в помпезной пятиэтажке в народе называемой «сталинкой». Насколько сильно отличались дома сталинской застройки от домов последующих эпох. Я въехал под арку во двор и остановился. Можно бесконечно долго сидеть в машине во дворе и ждать, когда объект появится на улице, но у меня не было столько времени. Время требовало решительных действий, а не бесконечного сидения в засаде.
Я заглушил мотор, вышел из машины и направился со двора. Из будки телефона автомата за две копейки я набрал домашний телефонный номер Игорина. Он был среди досье с датакарты. Несколько минут, долгие телефонные гудки, трубку никто не брал. Наконец, на другом конце провода послышался женский голос.
— Алло. Квартира Игориных. Слушаю вас.
— Доброе утро, Вадима позовите пожалуйста, — попросил я.
— Минуточку, — ответил женский голос.
Послышался стук, это трубку положили на тумбочку. Значит Вадим Игорин сейчас дома. Это мне очень повезло. Я дождался, пока к телефону подойдут, услышал молодой мужской голос «алло» и повесил трубку.
В соседнем газетном киоске я купил свежий выпуск газеты «Известия» и вернулся в машину. Я развернул газету и стал читать, одним глазом наблюдая за парадной дверью Игорина.
Как всегда, газетные заголовки полнились позитивом и рабоче-трудящимися лозунгами:
«ВОСПИТАНИЕ ОТВЕТСТВЕННОСТИ»
«Пути стального богатыря»
«ОСЕННИЙ ЭКЗАМЕН ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ»
«ПЯТИЛЕТКА. ГОД ЧЕТВЕРТЫЙ»
Я перевернул лист, пробежал глазами заголовки. Ничего захватывающего и интересного я не обнаружил, сплошные сводки с промышленно-экономических полей, да отчеты о хозяйственной деятельности. Как люди могут читать эти газеты? Я ума не приложу. Но люди не просто читаю газеты, они еще и пишут в них, а редакция печатает такие письма.
На второй странице я прочитал письмо в редакцию под заголовком:
«КОМУ СЛУЖИТ СЛУЖБА БЫТА»
Текст такого письма мог погрузить в сон кого угодно:
«Специфика бытового обслуживания заключается в его непосредственном, без всяких промежуточных ступеней, удовлетворении разнообразных запросов населения в ремонте предметов длительного пользования, изготовлении отдельных вещей, услугах личного характера. Эти запросы принимают форму индивидуальных заказов службе быта»
С таким чтением я могу и клиента проворонить. Я перелистнул страницу, попытался найти что-то более интересное, но ничего не нашел. Тогда я стал делать вид, что читаю, но полностью переключился на наблюдение за парадной дверью.
Спустя тридцать с лишним минут сидения в засаде, из дверей появился мой клиент
Дверь парадной хлопнула и во двор вышел высокий, черноволосый парень в модной расстёгнутой клетчатой куртке, джинсах и спортивных кедах с виду модных, заграничных, но скорее всего производства советской фабрики. На левом плече у него висела кожаная сумка с олимпийскими кольцами, правая рука была глубоко засунута в карман джинс. Из-под куртки выглядывала синяя рубашка с расстёгнутыми верхними пуговицами и модными солнцезащитными очками, одной душкой зацепленная за верхний край рубашки.
Сомнений никаких не было, это Игорин. На датакарте был детализированный фотопортрет клиента.
Игорин встал на бетонном приступке возле парадной, покачался на носках, осматриваясь по сторонам, затем вытащил очки и закрыл ими глаза. Солнечные очки сегодня были не по погоде. Игорин явно моднился, старался, как и многие молодые люди, выделиться из толпы. Серые одинаковые одежды советских обывателей его не устраивали.
Игорин подошел к красной первой модели «Жигулей», в простонародье называемой «копейка», достал из кармана куртки ключ и открыл дверцу. Забросил портфель на переднее сидение и сел на водительское кресло.
Я отбросил ненужную газету в сторону. Пока поведение Игорина ничем не выдавало в нем чужеродность. Обыкновенный молодой человек, одетый модно, но не вычурно. Да, у него был личный транспорт, но это говорило лишь, что он принадлежал к так называемой «золотой молодежи». Таких еще называли «мальчики-мажоры». Устранить такого субъекта весьма проблематичное дело. Ведь только я знаю, что в его теле живет враг не только для Бресладской империи, но и для Советского государства. Для всех окружающих людей он был обыкновенным, продвинутым студентом с большим профессиональным будущим.
Я нисколько не сомневался, что досье Кармия правдиво. Остановить Хирурга необходимо. Но как сделать так, чтобы не нарушить при этом закон и по возможности сохранить парню-носителю жизнь. Ведь он же ни в чем не виноват.
Я решил, что буду следить за ним дальше. Сколько бы это не потребовалось, пока не увижу окно возможности для себя.
Игорин завел машину и выехал со двора. Я последовал за ним.
Я думал, что он направится в сторону центра, в родной институт, и сначала так и было. Игорин доехал по прямой до площади Мира, а затем повернул по набережной Фонтанки в сторону Невского. Я ехал за ним, решил не гадать, куда и зачем он едет.
Игорин переехал Невский проспект и продолжил путь по набережной. Возле здания цирка он повернул к нему и остановился чуть в стороне. Я припарковался неподалеку и продолжил наблюдение из машины.
Игорин вышел на улицу, закинул сумку на плечо и подошел к цирковой афише со слонами и тиграми. Он осмотрелся, достал из кармана куртки пачку сигарет. Не какие-то там отечественные «Стуардесса» или «Родоппи», а настоящие «Мальборо», взял одну зубами прямо из пачки и прикурил.
Игорин ждал кого-то. Я ждал дальнейших действий Игорина.
И вскоре этот кто-то появился…
Глава 11
К Игорину подошел высокий мужчина в черном пальто и фетровой шляпе с кожаным портфелем на правом плече. Выглядел он ничем не примечательно. Обыкновенный советский служащий, который в рабочее время разгуливается возле цирка. Что тут удивительного? Отпросился со службы, чтобы попасть в магазин без очередей и купить необходимое. Незнакомец что-то сказал Игорину. Тот протянул ему руку. Они обменялись рукопожатиями, после чего Игорин о чем-то его спросил. Незнакомец ему ответил, потом перекинул портфель с бока на живот, раскрыл его и достал какой-то предмет, завернутый в газету. Игорин взял сверток у него, развернул и взглянул на содержимое. Из машины мне не было видно, что там, но явно что-то интересное, что обрадовало Игорина. Он убрал сверток в свой портфель, вытащил кошелек и рассчитался с незнакомцем. Тот довольно убрал деньги во внутренний карман пальто, приподнял шляпу в знак прощания, развернулся и направился прочь от цирка.
Игорин вернулся к машине, сел, завел мотор и вырулил обратно на набережную. Я стартовал с небольшой паузой. Интересно по чьим делам раскатывает Игорин. По своим собственным или это уже Хирург приступил к активным действиям. Все это мне предстояло решить. Пока что я только наблюдал.
«Копейка» уверенно взяла путь на север города. Я следовал за ней, по дороге размышляя над текущим делом. Информации мы собрали много, но только все это были разрозненные детали, из которых пока не складывалась картинка. И мне кажется, мы что-то упускали из вида. Какой-то нюанс, который мог бы натолкнуть нас на след преступника. Я крутил все известные мне факты, пытаясь комбинировать их по-разному и чувствовал, что пока я слежу за Хирургом, упускаю оперативное время.