Первым не выдержал Вард. Подойдя к нам, он прямо спросил:
— Что случилось? Кого вы высматриваете в лесу?
Переглянувшись с Крондом, мы синхронно пожали плечами, после чего разошлись в разные стороны, при этом продолжая всматриваться в лес. Внятно ответить на вопрос купца мы были не в силах, поэтому легче всего было промолчать… Легче всего… легче… Легче — не всегда правильно.
— Народ! — рявкнул я. — Собирайтесь! Берите все самое необходимое. Сейчас сделаю мерку, по которой будете ориентироваться.
Подошедший Кронд поинтересовался:
— Уже понял?
— Нет, — честно ответил я. — Просто что-то начало формироваться, пусть все будут готовы.
Подошедший купец хотел, было, задать вопрос, но, услышав мой ответ Кронду, передумал и направился к своей телеге.
Я же, оставив бесполезное созерцание леса, пошел к полю. Подобрал валявшуюся под ногами палку подлиннее, кинул ее на поле, сам же, как вчера, наподобие ящерицы, пополз, буквально стелясь по земле. Над головой опять загудело, а трава начала раскачиваться. Не обращая на все это внимания, я дополз до палки, перевернувшись на спину, взял ее в руки и, уперев одним концом в землю, медленно начал ее поднимать. Чуть только конец палки высунулся из травы, во все стороны брызнули щепки. Но я не остановился. Через десять секунд у меня в руках осталось лишь треть от первоначальной палки, причем около метра длиной, может чуть поменьше, но никак не больше. Взяв получившийся черенок в правую руку, я опять перевернулся на живот, после чего пополз в сторону лагеря, мерка была сделана.
На этот раз на меня глазели только эльфы, остальные видели еще вчера, как я проделывал такой трюк. Выбравшись с поля, я пошел и собрал свои вещи. Еще точно ни в чем неуверенный, брал в основном только самое нужное (правда, не удержался и одеяло для Солины все же запихал вместо других, более необходимых для меня вещей). Надо было, чтобы получилось не слишком тяжело и громоздко.
Провозившись с вещами еще минут двадцать, я, наконец, закончил. Оставив сложенные сумки вместе, вновь принялся внимательно оглядывать лес. Все же оттуда надвигалось «нечто», причем с каждой минутой становилось ближе и ближе. Поймав себя на том, что весь покрылся мурашками, я встряхнул башкой, прогоняя появившийся страх. Кто бы ни шел по нашему следу, он был очень страшным, страшным и бесконечно опасным. Трусом я не был, но все явственнее ощущал охватывающий меня ужас. Впервые за все время пребывания в этом мире мне было настолько жутко, и мне это совершенно не нравилось.
— В чем дело, Хисп? — до меня, наконец, добралась и Солина.
— Пока еще ни в чем, — поворачиваясь к ней, произнес я.
— Тогда что означает твой приказ?
— Простая предосторожность и ничего более, — отозвался я, шагнув к ней и положив руки на ее талию.
Она не высвободилась, глядя на меня снизу вверх.
— Только предосторожность?
— Да.
Больше она вопросов задавать не стала. Я провел рукой по ее щеке и зарылся лицом в ее густые волосы.
— Все-таки ты безумно красивая…
Отстранившись от эльфийки, я еще раз посмотрел на нее, развернулся и неспешно побрел вдоль кромки леса. Ужас, постепенно овладевавший мной, вдруг бесследно исчез, а его место заняли покой и умиротворение.
Когда солнце начало садиться за горизонт, «нечто» остановилось. Ощущение надвигающийся опасности сменилось затаившийся угрозой. Немного подумав, я пришел к выводу, что преследователь остановился, дабы дождаться темноты. Оставив Кронда наблюдать за лесом, я пошел к своим вещам. Не останавливаясь, подхватил приготовленные сумки и, подойдя к краю поля, хорошенько размахнувшись, закинул их подальше. Затем настал черед Снежка. Подойдя к своему коню, я снял с него абсолютно всю сбрую и отвязал веревку, потом, взяв его морду за щеки, заставил наклониться и посмотреть мне в глаза:
— Слушай сюда. Я сейчас тебя с собой взять не смогу, поэтому, если захочешь, то завтра ночью пройдешь через поле и найдешь меня. Повторяю: это, если, конечно, захочешь. Если же нет, то теперь ты вольная птица, сам себе хозяин и можешь делать, что твоей душе угодно. Теперь же иди.