- Встречный вопрос - а что помешает вам меня прирезать, когда пройдем степи? И я имею в виду даже не командира с супругой, а гоблиншу, коея вполне может меня пырнуть. А? - бухтел толстяк, тем не менее, сноровисто и умело укладывая фиалы в свой наплечник.
Эльф промолчал. Его супруга быстро глянула через плечо.
- Не, я вижу, что в отличие от других темняков у вас, командир, супруга хорошая, не то, что их высокомерные твари, ненавидящие мужчин и имеющие змеиную душу. Или там паучью. Но все-таки - я вам никто считай - продолжил взволнованно пузан.
- Я гарантирую, что ни мы, ни наша слуга не причинит вам вреда, пока вы не начнете каких-либо враждебных действий - отчеканила Галяэль. Взгляд у нее стал ледяным, и глаза недобро сверкнули.
- Легко сказать - уперся толстяк - ведь можно что угодно посчитать враждебными действиями! А к тому же у вас откат будет скоро! Оп. А почему скоро? Вы же уже три дня точно лечите! Все, глубокоуважаемая лекариня. Я заткнулся. Можете меня ругать сколь угодно, гарантии я принял, я спокоен, я совершенно спокоен - замолол языком трактирщик, которого опять обильно прошиб пот.
Гаялэль криво улыбнулась. Видно было, что ей действительно трудно сдерживаться. Мутная злоба и впрямь распирала ей грудь, сдержаться удалось с трудом, напомнив себе, что такое пристало бы поклоняющейся паучьей богине стерве, а никак не ей. Поклоняющейся веселой и снисходительной к мужчинам Эйлистиири не к лицу злиться на мужчин.
- Милая, ты поругайся - тихо сказал ей муж и мягко усмехнулся. Эльфийка глубоко вздохнула, потом и впрямь начала бурчать под нос всякое разное, что трактирщик с эльфом, переглянувшись, решили не замечать.
- Не лезь туда! - встревоженно воскликнула вдруг Галяэль, и в кладовой опять что-то загрохотало так, что трактирщик аж зажмурился.
- Что? - подался к жене эльф.
- Я не понимаю! - удивленно ответила та.
В проеме появилась напуганная гоблинша, которая приволокла три странных колчана со стрелами. Стрелы были хоть и непривычного вида, но первая же взятая в руки эльфом оказалась отлично сделанной, прекрасно сбалансированной и просто замечательно подходящей для стрельбы. Ну, странноватая, зато в руке лежит, как влитая.
- Отлично, нам это понадобится - одобрительно сказал Вила'Рай и вздрогнув от неожиданности отшвырнул стоявшую у прохода жену, вертко нагнулся, выхватил словно тряпичную куклу гоблиншу и предусмотрительно отскочил сам. В проем тупо вперся такой же желтый от времени скелет, как и уже знакомый ранее мажордом. Правда, на этом были вполне обычные человеческие доспехи, глубоко севшая на голые кости черепа мисюрка с бармицей, пластинчатый доспех, тяжелые конные сапоги с отворотами. И даже одежда еще не вся истлела. Эльф выхватил саблю, прикидывая, что можно сделать с таким противником. Вся его магия не очень годилась против нежити. Дубовата нежить к эльфийской магии. Секунда проскакивала за секундой, но скелет стоял столбом.
- Тьфу, почти напугал, зараза - с чувством сказал эльф, не глядя, привычно, вкидывая саблю в ножны.
- Что не так? - возбужденно спросил сопящий за спиной трактирщик, державший наотлет свою дубинку.
- Маг дал обещание не применять к нам ни одного из известных ему заклинаний. Помнишь?
- Помню. Но соль в чем?
- Экка видать зацепила сторожевое заклятие и разбудила стража. Но страж поднят заклинанием, известным некроманту. Потому по клятве не может нам причинить вреда. Ходить следом будет и мешать, но и только. Он даже меч из ножен не выдернул. Экка, там еще есть скелеты?
- Четверо. И много костей так, вроссыпь - опасливым шепотом выговорила гоблинша.
Эльф рассмеялся, негромко, но заразительно. Заулыбался трактирщик, хмуро усмехнулась эльфийка.
- Почему ты смеешься? - с подозрением спросила Экка.
- Потому что ты зацепила волшебную ловушку, разбудила стража, устроила там грохот, а тут вдруг шепчешь. Ладно, я проверю этого скелета.
Подготовив щепочку для заклятия 'объятия деревянного болвана' эльф мягко ступая, шагнул к проему. Он был готов к любым действиям скелета, но тот так и стоял, вроде бы с недоумевающим, глуповатым видом, насколько так можно сказать о голом костяке. Вила'Рай медленным и плавным движением подвинул скелет, тот словно во сне переступил своими сапожищами и опять замер.
- Давай, Экка, нужны еще фиалы, этих мало - велел эльф. Гоблинша поежилась, опасливо таращась на стража.
- Ты, в конце концов, доиграешься - зло сказала эльфийка.
- Но я же... - начала было зеленокожая.