Мне так хотелось ей верить, так хотелось побывать во всех этих местах! Но слишком часто эти рассказы напоминали сказку. Слишком часто они отличались от того, что втолковывали нам на занятиях видеры.
И я втайне от Мими улыбалась и качала головой. Но она была права: мир вокруг действительно способен быть таким – красочным и ярким, добрым и гостеприимным.
Я зря не верила ей, а теперь не знаю, смогу ли сказать это девушке в лицо. Что за тайна кроется в ее жизни, раз грандвидера полностью взяла ее под свое крыло? Что она хочет от Мими?
Никогда не поверю в то, что эта старая гелида вдруг стала милее имбиала. Никогда! Чем она приманила мою девочку?
Теперь была уверена, что именно Летиция подстроила мои первые два собеседования в Департаменте кадров. Она специально хотела столкнуть меня на самое дно. Специально довести до отчаяния, краха.
Лишь счастливая случайность в виде зеленоглазой Нани помогла избежать страшной участи. Да еще как! Я теперь даже не прислуга. Разнорабочая! Хотя по сути это одно и то же…
Но зарплата у меня приличная теперь – двести пятьдесят пикулей в месяц. И квартира своя, отдельная! Да, крохотная, но зато не в общих домах! Я полностью готова стать опекуншей.
Если бы только Мими согласилась. Если бы мне только дали с ней поговорить! Моя маленькая девочка, как ты там? Я же обещала тебя забрать!
Я работаю в цирке, настоящем! Вижу живых драконов каждый день. Мими так мечтала о цирке, она буквально грезила им. Если бы могла передать ей весточку о том, что у меня самое лучшее место работы на свете…
Но я не могла. Потому что попасть в обсервацию снаружи было нельзя, а ее обитателей много лет не пускали наружу.
Я пыталась поговорить с Бейли, объяснила ему ситуацию. Он даже отправил в обсервацию приглашение. Но ответ грандвидеры был до ужаса оскорбительным. Короткая записка гласила: «Воспитанники обсервации Солитдара имеют все только самое лучшее. Третьесортный цирк не может предложить нашим детям шоу должного уровня. Они будут смотреть выступления Коула Перейя в Высоком цирке. Никак не меньше».
Вот он тогда взбесился! Все три цирка изначально не были равны между собой, но в этом и вся прелесть! Незыблемое правило доступности шоу для всех. Для всех, кто имел деньги.
Бейли не мог поднимать цены выше определенной суммы, точно так же как Центральный цирк не мог опускаться ниже установленной планки. Границы же Высокого цирка и подавно были недостижимыми.
Письмо видеры было прямым и грубым оскорблением. Поэтому Бейли неделю крыл ее драконьим навозом и запретил даже упоминать об этом.
Медела же и вовсе взяла за правило отговаривать от затеи забрать Мими. Регулярно приглашала на чай и то и дело намекала, что раз оба моих прошения не удовлетворены, стоит забыть об этом.
Мими и без меня, очевидно, неплохо живется. Но никто из них не знал, каково ей. Никто. Потому что в обсервации могли создать видимость любой жизни. Но это никак не сближало ее с реальностью.
Я заберу Мими оттуда, чего бы мне это ни стоило.
Глава 11. Коул
Я стоял на самом верхнем ярусе спирали и рассматривал старый цилиндр песочного цвета. Высоко же ты забрался, братец. Столько лет скрываться от меня, а на самом деле был под боком…
Я еще имел неосторожность упустить тебя из вида после обсервации в Нортдаре. Ну ничего, скоро все встанет на круги своя, а ты вернешься в семью. Тебе еще повезло, что мы не остались в этом жестоком ортодоксальном полисе.
Сзади послышался стук каблуков. Надира. И действительно, через минуту я почувствовал на своей шее ее горячее дыхание. Она оставляла на моей коже огненные дорожки, а ее руки уверенно скользили по телу.
Теплые ладони спустились в район пояса и нагло сдвинули повязку. Будь проклят этот третьесортный Срединный цирк, который ввел новую моду на костюмированные шоу. Терпеть не могу все эти наряды для идиотов!
С тех пор как даже самые именитые завсегдатаи нашего шоу стали ходить на представления в «Бейли», пришлось пересмотреть программу. Нет, я по-прежнему восхищал зрителей своим исключительным владением драконом, дарил им незабываемые эмоции: восторг, трепет и страх. Больше всего люди любили испытывать потаенный ужас перед надвигающейся смертью, которая никогда не наступит. По крайней мере, они на это надеялись. Все осталось на своих местах, но вот антураж сменить понадобилось…
Вдруг впереди нас появился огромный силуэт дракона. Ноздри его были расширены, глаза сверкали чернотой. Той же, что плескалась и в моих радужках.