Дарион захрипел, напрягся, когда ошейник стал стягивать его горло.
— Пойду приму ванну. — Бросив пульт прямо перед демоном, но так, чтобы тот не смог его достать, Джейми удалился в смежную комнату.
Ему хотелось наказать демона, но не хотелось делать ему больно. И это начинало уже изрядно раздражать. Он не стал принимать ванну, понимая, насколько, должно быть, сейчас испытывает тело демона на прочность. Удавкой пытали рабов несколько секунд, чтобы не убить, но Джейми был уверен, что Дарион может выдержать намного больше. Только вот сам Джейми не мог выдержать чужие хрипы. Он помнил, как бережно гладил Дарион его хвосты, с какой нежностью целовал. И внутри словно что-то обрывалось, болело. Он не хотел быть жестоким. Сполоснув лицо, Джейми вернулся в спальню, отключил пульт и отшвырнул его в сторону.
— Вы правы, — мрачно произнес он.
Дарион сплюнул кровь и поднял взгляд почерневших глаз.
— Конечно, — сипло ответил он и облизнул окровавленные губы. Джейми не мог отвести взгляда от кончика языка, скользнувшего по нижней губе. — Вряд ли ты сможешь придумать что-то, что я еще не пробовал, — усмехнулся Дарион.
Джейми медленно обошел его, скользя взглядом по изгибам тела, проступающим синякам, старым и новым шрамам, которых оказалось неожиданно много. Темные, бледные, они тянулись уродливыми линиями, но не отталкивали, а наоборот, притягивали взгляд, вновь и вновь заставляя восхищаться демоном. Джейми встал ему за спину, робко дотронулся кончиками пальцев до линии позвоночника, ощутив, как напряглись мышцы. Собственное тело реагировало излишне остро даже на подобный невинный жест. Сердцебиение мгновенно сбилось с ровного ритма, и захотелось намного большего — прижаться к этой спине, уткнуться в затылок, вдохнуть запах, заполняя им легкие, поцеловать в шею, провести губами по плечам, очертить линии мускул на руках. Джейми прикусил губу, удерживая себя от опрометчивых желаний, и скользнул ладонью ниже, доходя до линии брюк.
— А так? — кладя ладонь на упругие ягодицы, обтянутые тканью, спросил Джейми. Он почувствовал, как Дарион напрягся, но быстро расслабился.
— Если ты хочешь взять меня, то я отдамся, — выбивая опору из-под ног одним предложением, произнес демон. — Мы ведь супруги.
Джейми отдернул руку, испугавшись непонятно чего. Ему хотелось сбежать. Не думать. Не реагировать. От демона, от себя, своих каких-то неправильных реакций, желаний, мыслей. Все неправильно. Так не должно было быть. Он должен ненавидеть демонов, должен заставить Дариона заплатить за все. Разрозненные эмоции раздирали его изнутри, от них хотелось спрятаться, закрыть глаза и сделать вид, что ничего нет. Он неправильный. Неправильный изнутри и снаружи. А Дарион, как обычно, издевается над ним, насмехается.
Разве может такой воин, как он, позволить кому-либо взять себя, как женщину? Это даже в мыслях звучало абсурдно. Не стоило даже думать об этом, но Джейми не мог отделаться от всколыхнувшегося желания осуществить пошлую и грязную фантазию, которая представлялась настолько ярко, что даже дыхание сбилось. Наверное, поэтому, набравшись наглости и смелости, Джейми встал перед демоном, рискнув заглянуть в его лицо:
— А если я именно этого и хочу?
— У меня нет причин отказывать тебе, — серьезно ответил Дарион. — Ослабь немного цепи, чтобы мы с тобой могли добраться до кровати.
— Я не буду вас развязывать, — предупредил Джейми, чтобы демон не питал напрасных иллюзий.
— Уж догадался, — хмыкнул Дарион, чуть заметно приподнимая уголки губ.
Джейми не понимал, что с ним происходит, но он по какой-то странной, иррациональной причине скучал по улыбке Дариона. Поддавшись импульсивному, глупому порыву, он шагнул вперед и прикоснулся губами к этой полуулыбке, словно желая испить ее, ощутить на вкус. Ему было это так нужно, что его буквально трясло всего.
— Тише, лисенок, тише. Я уже здесь, — прошептал Дарион ему в губы, успокаивая мягким, уверенным взглядом. — Ты не голоден?
— Нет. Это… это не голод, — не желая отходить от Дариона, в тон ему произнес Джейми. Он уже несколько дней провел, как будто его сжимали и сжимали, и сейчас это состояние напряженности достигло своего предела. Казалось, еще немного, и его просто разорвет на части, сердце не выдержит такой нагрузки. От столь сильных эмоций становилось страшно.
— Тогда не целуй меня пока, — улыбнулся ему Дарион. — А то ты сорвешься и покалечишь меня быстрее, чем мы успеем получить удовольствие.
Он говорил так спокойно, словно ничего ненормального не происходило, будто не видел, как удлинялись когти Джейми, как горели глаза, а цвет хвостов переливался чуть ли не всеми цветами радуги. Дарион не боялся, и именно это подтолкнуло Джейми к мысли, что и он не должен бояться своих ощущений.
— Ослабь все же цепи, — напомнил Дарион. — И тебе, и мне будет удобнее на кровати.
Джейми подошел к стене, откуда свисала регулируемая колодка, и выполнил указание. Ослабил ножные и ручные цепи так, чтобы можно было добраться до кровати, но при необходимости успеть увернуться и сбежать, если демон решит напасть.
— Староват я стал для таких игр, — разминая затекшие плечи, произнес Дарион. Он не выглядел больше злым и раздраженным, скорее заинтересованным и довольным. — Теперь перестегни карабины к ножкам кровати. Так у нас будет больший простор для фантазии и у тебя будет гарантия, что я никуда не сбегу и не смогу навредить тебе.
Джейми проследил взглядом за путами Дариона и признал его правоту. Проделав все, что предложил Дарион, он забрался на кровать и потянул цепь на себя, заставляя двигаться. Видеть его на привязи, держать свободу этого демона в своих руках… Джейми чувствовал, что возбуждается лишь от одной этой мысли. Он дурел так, словно алкоголь еще не выветрился из головы, когда видел Дариона таким. Ему сносило голову быстрее, чем от целого бочонка бужи «Кристалл». Дарион, словно специально, тормозил, двигался медленно, как бы с неохотой, заставляя натягивать цепь, тянуть его, заставлять. Джейми понимал, что это часть какой-то игры, Дарион будто позволял принуждать себя, но как же его вид заводил!
— Смотрю, тебе нравится видеть меня связанным, — добравшись до кровати, произнес Дарион. — У тебя глаза сейчас так горят.
Джейми нечего было ответить. Да, ему нравилось, но он был так поглощен этим, что ему даже не было стыдно.
— Теперь мне можно? — нетерпеливо спросил Джейми, не сводя глаз с губ Дариона. Он хотел поцелуя, хотел вновь того, что было в Ночных Глубинах.
— Для начала убери когти, не надо защищаться, я и так весь твой, — не разрывая зрительного контакта, произнес Дарион.
Джейми попытался убрать когти, но они не желали слушаться. Он был слишком на взводе, слишком напряжен, взбешен, возбужден и все сразу. Он не мог убрать когти.
— Не могу, — прорычал он, воткнув когти в звенья цепи, словно сокращая свободу демона.
Дариона его поведение не расстроило, не испугало, он лишь улыбнулся и неожиданно опустился на колени перед ним, рядом с кроватью, и взглянул снизу вверх.
Сердце замерло в восхищении. Боги, как же этот демон был красив!
Джейми не успел даже сообразить и остановить хвосты, которые потянулись к Дариону. Он и сам чуть не наклонился вперед, чтобы коснуться, быть ближе, хоть как-то: хвостами, губами, руками — без разницы, лишь бы не упустить, не потерять.
Когти спрятались сами собой, когда он протянул ладонь к лицу Дариона. Джейми со всей нежностью, что столько времени копилась в нем неиспользованной, погладил Дариона по щеке, чувствуя такой сильный трепет в груди, что кружилась голова. Дарион прикрыл глаза, словно принимая как долгожданный подарок обычную ласку. Его лицо расслабилось, он наслаждался этими прикосновениями, как прирученный зверь.
Джейми боялся даже дышать в этот момент и разбивался вдребезги, когда Дарион уткнулся ему в ладонь и сам потерся об нее.