Хоть бы не заистерила…
Но это случилось. Катя поднялась, увидела лежащий в воде телефон и в ужасе побежала к базе.
– Катя! Стой! НЕ БЕГИ!!!
Беги…беги…беги…
Чёрт, откуда здесь эхо?!
И почему это эхо каверкает мои слова?
Телефон пришлось оставить в воде. Я побежал вслед за Катей, чтобы попытаться поймать её.
– КАТЯ! ПРОВАЛИШЬСЯ!!
Но она бежала в ужасе и не слышала меня.
– КАТЯ! СТОЙ!
К моему облегчению, она добежала до края моста и оказалась на ступеньках. Повезло.
– Лот! Бежим отсюда!
Наконец-то она на меня обратила внимание.
– Не побегу! Я смартфон доставать из воды буду!
На меня накатилась неожиданная волна уверенности.
– Из-за телефона?!
– Та я за него им всем глотки порву!!
– Тогда иди сам!
С этими словами Катя бросилась наверх, оставив меня внизу.
Я глянул на руки и пошёл в темноту.
Заживать будет больше недели – свёрнутые клубочки содранной кожи, вкрапления и мелкие потоки крови…
Уверенность начала рассеиваться в мраке, и в голову стали закрадываться мысли о том, чтобы вернуться назад. Я поборол их и твёрдым шагом пошёл дальше – скорее для того, чтобы внушить себе свою уверенность.
До часу на глубине до полутора метров…
Такая характеристика была правдивой для многих современных телефонов, в т.ч. для моего. Но нигде в воде не виднелся белый кругляшок света.
Меня окатил порыв ветра. Он дул в лицо – иди отсюда.
Или мне просто показалось.
– Наверное, занесло слоем песка… или из чего там дно лимана… – прошептал я.
Телефона не было, хотя я точно прошёл дальше того места, где его выронил. Меня постигло разочарование.
Если занесло слоем илистой воды, то можно попытаться раскопать руками.
Тут в глаз ударило что-то ярко-красное. И сразу исчезло.
В миг передо мной начали кружиться разноцветные пятна – как после выключения света в комнате.
Лазерная указка.
Луч лазера снова ударил мне в глаз. Он шёл откуда-то с дальней части моста.
Удобный способ обратить на себя внимание одного человека через сотню метров, притом остаться незамеченным.
Я оглянулся назад. База оставалась не так далеко…
Может, бросить всё и побежать спасаться?
Или пойти на зов лазерной указки?
Непонятно к кому и с непонятными последствиями.
Я развернулся и побежал назад.
Восстановлю все контакты, куплю новый телефон…
Не успев сделать пару шагов и разогнаться, я услышал треск дерева. И железный лязг – удар по перилам.
Плыть?
Впереди были заросли камышей – пока проберусь сквозь них, точно завязну в грязи. И всё равно окажусь пойманным.
Я снова повернулся и пошёл. В этот раз прочь от света.
Глава 7
Наша база осталась далеко позади, превратившись в небольшое светлое пятнышко на фоне беспроглядной темноты.
Глаза слегка привыкли к темноте – где-то слева от нашей находилось «Пристанище». Но я всё не видел тёмной фигуры перед собой или ещё чего-нибудь – неужели зря повёлся?
Тут красный луч ударил с полоски песчаного берега. Она простиралась на двадцать метров в ширину и разделяла лиман с морем.
Мне не оставалось ничего делать, кроме как следовать за подсказкой.
Только не заведи меня на злополучную базу, прошу тебя. Кем бы ты ни был, или была…
Спустя пару минут я разулся и пошёл босиком по холодному песку. Ненавижу мерзкие песчинки, которые забиваются в обувь, особенно кроссовки.
Море легонько врезалось своими волнами в берег, издавая тихий плеск.
– Приземляйся, Лот.
Голос показался мне отдалённо знакомым. В уме всплыла подросток-Катя, но я не смог связать их.
Парень, который ко мне обратился, лежал в песчаной ямке, вырытой, вероятно, специально под него. Рядом находилась ещё одна.
Для меня.
Я поставил обувь и аккуратно лёг в песок. Под головой оказался лёгкий выступ, так, что она оказалась несколько выше всего тела.
Лунная дорожка шла по воде и вела прямо ко мне. Незнакомый мне человек умел расслабляться.
– Здравствуйте.
Он протянул мне мой телефон вместо ответа.
– Откуда Вы знаете моё имя?
Он выдержал паузу, чем вызвал лёгкое раздражение.
– Шестнадцать лет назад мы были на «ты». Но каждый из нас сильно поменялся.
– Кто-то вообще не выжил, – заметил я, вспомнив маленькую Катю. Мой голос слегка дрогнул.
– Она тебе нравилась…
– Потому что симпатичная. И не глупая.
Я следил за тем, чтобы он не заговорил меня. К нему хотелось относиться презрительно.