"Сукин сын. Но - наш сукин сын".
Точнее: сын сестры короля.
Такие "идеологические фильтры" тем более забавны, что Кадлубек был лично хорошо знаком с Казимиром и Романом.
Винцент, скромный монашек из цистерианского ордена (про "неукротимого Бернарда", связанного с этим орденом - я уже...) является также "отцом-основателем" одного из самых долгоиграющих маразмов в истории европейских идеологий - "сарматизма".
Основа идеологии польской знати. Социальный расизм: аристократия - потомки сарматов, простонародье - славян и балтов.
-- Славяне - быдло, рабы. Поляки - славяне. Значит - мы (шляхетство) - не поляки, а... сарматы. Поэтому мы - прирождённые господа в этом море балто-славянского холопства.
Откуда взялось у Винцента название давно исчезнувшего, оставшегося только в сочинениях древних авторов, народа?
Аврелий Виктор, в произведении "О цезарях", пишет, что во время провозглашения цезарем Константа (320-350гг.), были разгромлены полчища готов и сарматов. Сократ Схоластик сообщает, что в год смерти Валентиниана (321-375гг.), сарматы напали на Римскую империю, перейдя Дунай в области Реция. Это последние упоминания. Потом приходит Аттила, готы бегут на запад, сарматы исчезают.
Кажется, общность "полчищ готов и сарматов" и привела Винцента к мысли о "сарматности" польской элиты. Он знает, что пруссы - готы (геты):
"Казимир... отважно вооружается против жестоковыйной свирепости полешан, до тех пор никем не поверявшейся военной доблестью... Полешане - это род гетов, или пруссов (Prussi), народ жесточайший, ужаснее любого свирепого зверя, недоступный из-за неприступности обширнейших пущ, из-за дремучих лесных чащ, из-за смоляных болот".
Если пруссы - готы, то где же их спутники - сарматы? Вот они мы! Но не дикие, а облагороженные верой Христовой.
В истории многократно бывало так, что один народ, покорив другой, создавал государство, в котором покорённые были нижним сословием, а победители - высшим. Гумилёв называл такие, этнически-сословно разделённые государства, "химерами".
Так в Англию пришли нормандцы и стали господами-баронами. Или парфяне в Персию и стали династией Аршакидов.
Этносы со временем сливались. "Химера срастается".
В Польше удалось запустить и веками поддерживать обратный процесс: сделать из одного народа два. Из социальной дифференциации вывести дифференциацию этническую.
Многие аристократы возводили свою родословную к тем или иным древним иноземцам. Монархи 16 в. постоянно доказывали, что они от Цезаря или Августа. Но не меняли свою этническую идентификацию. Иван Грозный, хоть и был "потомком Юлия по прямой", не считал себя латинянином.
Для соц-дискриминации ввести этно-дискриминацию. Для чего придумать этнос. О котором мало что известно, но у древних авторов - упомянут. И, вроде бы, в недалёких местностях когда-то обретался.
Чем им так глянулись сарматы? На кривых ногах... пахнут по-конски... Можно ж было придумать какой-нибудь "пропавший римский легион" или "случайно отставших спутников Одиссея"...
Лажа - запущена, лапша - развешана, химеризация Польши началась. В 12 веке. Только победа Красной Армии, приход к власти коммунистов с их анти-этническим, классовым сознанием несколько сбили многовековой польский само-расизм.
Последствия "этнизации" элиты очевидны: этнократия.
Если человек храбро бился на поле боя, то его можно произвести в рыцари, в дворянское сословие. Но "произвести в сарматы" невозможно - с этим надо родиться. Можно уравнять законом в правах литовскую или запорожскую верхушку. Но, все равно - "второй сорт". Поскольку - не сарматы.
Множество людей, энергичных, талантливых... прежде всего из самих поляков, отсекались от государства, от активного участия в общественной жизни.
Это ж поляки! Пшеки, пан! Славянское быдло! Им оружия давать нельзя! Война - наше, исключительно сарматское, занятие!
Франция набирает солдат по найму. Своих, французов. Россия устраивает рекрутские наборы. Из своих, русских. Шведы вводят "индельту" - милиционно-территориальную систему комплектования. Из шведов.
У поляков - или шляхта в хоругвях, или иностранные - венгерские, немецкие - наёмники. Шляхта, конечно, размножается как кролики, куда быстрее самого народа. Но едва приходит эпоха "больших батальонов", как всё сыпется. "Сарматов" не хватает, а брать в армию поляков... "множество... из ничтожных рабов... легко уступят победу".
Расширение государства сталкивается не только с обычным противодействием присоединяемых, но и с отвращением. Никто не хочет идти в "ниже пояса" сарматской химеры. Северские князья и часть литовцев - бежали в Москву. Верхушка местных на Подолии или Волыни восставала. И отвечала на презрение людей, в которых веками вбивалась идея нац.превосходства, "сарматизма" - массовыми кровавыми расправами.
А те не могли понять: за что?! Вы же - быдло, славяне. Мы - господа, сарматы. Такова воля божья. От сотворения мира.
"Бремя белого человека".
Не "человека" - сармата.
В средине 18 в. Ломоносов приобщает к своим успехам в части естественных наук и технологий труды по истории. Три актуальных противника Российской империи в этот период: Швеция, Пруссия, Польша. В части шведов "убивает" норманскую версию, выводит Рюрика из Пруссов. Соответственно, шведы "нам никто и звать их никак". Попутно Пруссия становится исторической прародиной, что и обосновывает создание Кенигсбергской губернии.