Сухан, стоявший у дверей, потянул топор из-за пояса, а мой малолетний вестовой Пантелеймон с совершенно ошалевшими глазами всунул в распахнутый рот угол полевой сумки, дабы не закричать от неизбежности... гибели всего.
Пришлось незаметно помахать им ручкой. Типа: всё ок, ребятки, закусывайте.
Я ожидал, по опыту прошлых прогулок с Боголюбским, что он отведёт меня в пытошное подземелье. Увы, поход заставлял князя менять свои привычки и в этой части. Мы поднялись на третий поверх.
Обычно третий этаж в русских теремах - женский. Небольшая комнатка без окон использовалась, видимо, для хранения шуб. Запах... Нет, не нафталин, но что-то функционально похожее. Ощущаешь себя платяной молью, предназначенной на заклание.
Прокопий, вечный слуга Андрея, обмахнул тряпкой стол, без слов спросил - подавать ли чего, без слов получил отрицательный ответ, выскочил за порог и устроился там. Во избежание подслушивания.
Хорошо сработались мужики - понимают друг друга с полу-взгляда. Нафига Боголюбскому жена? - Такого уровня душевного взаимопонимания уже не достичь, а просто баб... толпами бегают.
-- Сказывай.
Боголюбский, уже совершенно спокойно, уселся за стол, кивнул на место рядом Вратибору. Я с сомнением посмотрел на полу-седобородого нач.штаба.
-- Ему - верю. Не тяни.
Не тяну. Кратко изложил фрагмент из Никоновской летописи близко к тексту. Чётко поименовал бояр-изменников и князей-приёмников.
Бояре Киевские: Пётр Бориславич, Нестор Жирославич, Яков Дигеневич. Князья: Благочестник, Попрыгунчик, Перепёлка. Искандер? - Ему, по логике, инфа дойдёт в последнюю очередь. А в моём варианте, при участии Андрея в качестве "верховного", может и вообще не попасть.
В двух словах описал план: приступать к крепким местам града, гражане у крепких мест станут... некрепки места небрегом будут... внезапну насуну вси на некрепкое место...
Андрей вопросительно взглянул на Вратибора. Тот пожал плечами и спросил:
-- Откуда такие... измыслы?
Я ответил, продолжая улыбаться в лицо Андрею:
-- Из свитка. Кожаного.
Вратибор не понял, а Андрей скривился. Как от зубной боли.
Сочувствую. Сам тут накуролесил с побегом Жиздора.
"Верить нельзя никому, а летописцам - тем более".
-- Ни Перепёлка, ни Попрыгунчик о подсылах не докладывали?
Вратибор недовольно поморщился. Как великосветская дама при упоминании солдатского сортира.
Прозвища князей используются либо между князьями, либо между боярами. Тут как с матюками в советском обществе: или в чисто мужском, или в чисто женском. В смешанном... непристойно, признак бескультурья. Материться в присутствии дам можно только если они не-дамы: шмары или феминистки.
-- Может, спросить их?
-- Брата-то, Глеба, спрошу. А вот этих... С вопросцем кланяться да в гляделки подлючие заглядывать...
***
Оп-па. А ведь я, похоже, и в этом "рванул ткань истории".
Нет данных о мотивации "бояр-изменников". Они могли быть враждебны лично Жиздору. Летопись парочку таких упоминает. Жиздора - нет, вражда - прошла, изменять - не с чего.
Другой поворот: они могли быть благорасположены к князьям-контактёрам лично. Но враждебны Боголюбскому.
Боголюбский пришёл? - Измена отменяется.
Наконец, они могли предложить свой план Попрыгунчику и Благочестнику. До Перепёлки, возможно, дошло во вторую очередь. Ростиславичи, озлобленные на Боголюбского, могут промолчать. Типа:
-- Катай чересчур много об себе возомнил. Вот пусть и бьётся. Головой. Об стену Киевскую.
Со смертью Жиздора опасность для Ростиславичей резко снизилась. С "братцем" Ярославом, а, может, и с Подкидышем, они смогут договориться. Или понадеяться, что договорятся. Боголюбский в великокняжеском венце перестаёт быть "горьким, но необходимым" элементом "светлого будущего".
К экономическим, властным, династическим основаниям добавляется "такой сильный неприязнь чувствую - кушать не могу!".
Проваленный поход - аргумент. Для "освобождения от должности". А лучше - разгром. В котором, ежели бог даст, "ляжет костями" суздальское войско. С ростовскими, владимирскими, рязанскими, муромскими, новгород-северскими, переяславльскими... полками и дружинами. А хорошо бы - и с их князьями. И - с самим Боголюбским.
Направить их полки на "некрепкие места"... на которых вдруг окажутся самые боеспособные отряды осаждённых... в критический момент ударить в спину... в суматохе боя прирезать Юрьевичей и примкнувших к ним...
Красота! Мечта!
Одним ударом обрубить лишние "ветви древа Рюрикова". "И тут тебя нет, и тут тебя нет...". Прибрать ставшее бесхозным...
Пляши да радуйся.
Измена? - А что? Что-то новенькое? Все князья "измену" "на вкус" пробовали. Ничего, можно жить. Часто - даже лучше, чем без.
Ох, Ванька, ох же и дурак ты!
Знаю - не новость. Но не такого же размера!
Втянуть Боголюбского в это дело. Уговорить лично явиться к Киеву. Сунуть голову в это кубло... смерте-творящее. Ах-ах, давние страхи-комплексы... Психолог-консультант доморощенный. А у него - инстинкт самосохранения. И куда более глубокое понимание. Людей, реальности.