– Ты не опоздала. Сейчас позавтракаешь, и поедем на спуск. Не переживай.
– А остальные? – Женя завертела головой, прислушиваясь к звукам в доме. Ни голосов, ни смеха. Зато с улицы слышался звук заведенного двигателя.
– Собрались и почти на низком старте. Я решил, что нам с тобой спешить некуда. Найдем их потом.
Женя притихла. Ну вот. Получается, она и себе обломала начало дня, и Степану.
Но где упреки с его стороны? Почему он молчит? Вова бы её запилил с первого же слова. Иногда друг… детства был ужасно занудным.
Завтракала Женя молча. Степан устроился напротив девушки, скрестил руки на груди, отчего его плечи, обтянутые черной водолазкой, очень смахивающей на термобелье, будто стали еще больше. Барсов занимался спортом, возможно, непрофессионально, но тренажерный зал посещал. Видела Женя у них таких товарищей. Уверенные в себе самцы, идущие по жизни по четко выстроенному плану. В большинстве своем эгоистичные и самовлюбленные.
За Степаном она ни разу не замечала самолюбования. Он даже говорил, не прислушиваясь к собственной речи. У других Женя порой тоже замечала такой грешок.
Этому мужчине не требовалось ежедневно самоутверждаться. Он уверен в себе и своем положении.
А плечи у него красивые… Это Женя подметила, как человек, дружащий со спортом. И всё.
Степан вытянул ноги, продолжая молчать и наблюдать за ней. Девушка тоже молчала. Всё равно ей его не переговорить. Она – слово, он – два и таких, что после них ничего и говорить не хочется.
– Маме позвонить не хочешь?
Услышав этот вопрос, Женя всё же встрепенулась. Выпрямила спину и посмотрела на Степана.
– Нет… Мы не каждый день созваниваемся… Я говорила.
– Я помню. Но вдруг.
– У меня же есть телефон. Ты мне дал.
– Ты не сделала ни одного звонка.
– Откуда ты знаешь? – тотчас вскинулась Женя.
Степан едва заметно улыбнулся.
– Только что и узнал. Ну что? Ты готова? Выезжаем?
Жене захотелось в него запустить кружкой. Нет, тарелкой. Кружку жалко. Очень красивая, белоснежная, с красивой каймой поверху. Настоящее произведение искусства, и было подозрение, что она фарфоровая.
– Выезжаем.
* * *
– Художница очаровательна.
– Поменьше-ка на неё глазей.
– Даже так? – Игнат уперся подбородком в руки, лежащие на палках.
Мужчины стояли на склоне и наблюдали за девчатами. Крис каталась, Жанна больше попой виляла и привлекала внимание мужчин. Старалась для них, получалось для Игната и ещё некоторых любителей горных лыж, что оценили её умение вставать в правильные позы и демонстрировать красоту тела.
Степан ничего не ответил на подтрунивание друга.
Даже так, черт побери.
Ничто человеческое Степану было не чуждо. Ревность в том числе. Ему не нравилось, когда партнерша кокетничала с другими мужчинами или имела запасной «аэродром». Много лет назад Степан был влюблен. Даже кольцо купил, простое, классическое, собирался сделать предложение. Будущая невеста училась в институте. Он приехал к ней счастливый, довольный, весь преисполненный романтики. Прихватил с собой розу. Как полагается у молодых романтиков: розу в зубы, кольцо в карман и вперед по балконам к будущей суженой.
Суженая жениха не ждала. Потому что как раз в это время увлеченно пыталась освоить позу «69». Лицом к балкону. Поэтому лицо «невесты», увлеченно сосущей чужой член, Степан хорошо запомнил. Впрочем, и она его тоже.
Когда Степана одна из уже взрослых и опытных барышень спрашивала, почему к тридцати двум годам он не женился, не обзавелся детьми, то мужчина вспоминал лицо «невесты». Надолго она отбила у него желание к серьезным отношениям. Да и если разобраться, какие, к черту, его годы! У них с друзьями детства вообще интересно получалось. Всем тридцать с гаком, и почти никто не женат. Игнат был и тот развелся.
Кстати, в общаге тогда знатная драка случилась. Ментов вахтерша вызвала, но те приехали поздновато, в пробку попали, это студентов и спасло. Полетели бы горячие головы.
Зачем сейчас Степан об этом вспомнил – он знал. Женечка, его Потеряшка, тоже девочка несвободная. Живет в квартире с парнем. Чем они там занимаются вечерами? Перед телевизором?
Барсов нашел взглядом бело-синий комбез Жени. Вот кто кайфовал от происходящего! Каталась девочка с восторгом. Он читался в каждом движении, в каждом повороте скользящих лыж. Она сетовала, что сноуборд ещё нужен, и косилась в сторону проката. Ей невозможно отказать. С ними поехал Руслан Ивлев, партнер Игната. И сейчас он выходил из проката с чертовым сноубордом.