В который раз за сегодняшний вечер у Жени образовался ком в горле. Она взяла протянутые ключи и сжала брелок. На душе снова неприятно царапнуло. Вова никогда не был моральным уродом. Всегда держал слово, заботился о ней. Как и она о нем. Некого винить в том, что они оба запутались. Что-то там в прошлом решили, подумав, что это будет правильно. Детская влюбленность, которую они пронесли через годы, не переросла в нечто большее. А они по привычке держались рядом.
Жене взгрустнулось. Она посмотрела на Вову, подняла руку и дотронулась до щеки парня. Ему нравилось, когда она так делала.
– Наверное, всё, что ни делается, делается к лучшему, да?
– Хрен знает, малыш. Время покажет?
– Скажи… На работе у тебя не возникли проблемы? Ты… много должен?
– Ничего. Ни копейки.
– То есть?..
– Водила у «ламбы» оказался хитровы… хитрый, короче. Он сам косякнул, а мы под руку попались. Забудь, Женек, это уже история.
– Получается, всё хорошо?
– Получается, что да. А… И вот ещё. Давно купил. Думаю, будет справедливо, если ты примешь на память от меня.
Вова открыл бардачок и достал оттуда темно-синюю бархатную коробочку.
– С днем варенья, Женек.
Внутри отказался красивый браслет из тонкого золота. Женя не удержалась и шмыгнула носом.
– Спасибо. Можно я тебя обниму… как друга?
– Не можно, а нужно. И эй, мокроту не разводить!
Как не разводить, если завершился огромный период её жизни. Если откинуть то, что происходило последние месяцы, многие годы, она день за днем жила рядом с Вовой.
– Малыш, ещё такой момент. Я оплатил квартиру на два месяца вперед. В качестве извинений. Деньги-то всё равно заработал за эти дни, – Вова усмехнулся, – в спешном порядке.
– Не многовато мне подарков?
– В самый раз.
– Вов, а можно последнюю просьбу?
– Ты так говоришь, точно мы никогда не увидимся.
– Ты уезжаешь, и неизвестно увидимся ли мы ещё.
– Хочешь, поехали со мной, – насмешливо предложил Вова, за что получил толчок в бок.
– Я живу в гостинице. Поможешь мне, – она замялась, – вернуться?
Вова ответил не сразу. И Женя заметила, как в зеркале заднего вида он нашел корзину с белыми розами.
Потом медленно кивнул.
– Откуда, черт побери, у тебя столько вещей? – фыркнул парень, когда она вынесла две спортивные сумки.
– Магазин ограбила.
– Охотно верю.
Женя ждала расспросов или подтруниваний. Вова молчал. Закинул сумки в багажник, про цветы тоже промолчал. Нет-нет посматривал в их сторону и ничего не комментировал. Его словно подменили.
Их обоих… За эти дни.
А может, они настолько выгорели, ожидая её дня рождения, что не заметили изменений, происходящих не только вокруг, но и с ними самими? Женя тоже изменилась.
В квартире наблюдалась идеальная чистота. Вова прибрался после того, как собрал вещи. Даже странно было видеть такую чистоту и отсутствие мужских вещей.
– Цветы… красивые, – раздался голос за спиной. Женя невольно вздрогнула и повернулась.
– Да… красивые.
Вова поморщился и криво улыбнулся.
– Не буду ничего спрашивать, а ты не говори.
– Не буду.
– Можно я тебя обниму?
– Конечно.
Вова сграбастал девушку в объятия и сжал крепко. Прижал к груди и некоторое время не отпускал. Он прощался. Женю едва ли не залихорадило от этого осознания. Как она будет жить без него? Это же!.. Это же… правильно.
Человека надо отпустить. Она не знала, что приключилось с Вовой за эти дни, но он изменился кардинально. Как будто сдерживающая поток свободы, энергии, других мыслей заслонка рухнула.
– И… малыш, у тебя же сегодня день рождения. Та самая заветная цифра, – криво улыбнулся парень. Ему тоже было тяжело. – Не профукай её.
Вова наклонился, поцеловал Женю и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.
Женя некоторое время так и стояла в коридоре, полностью дезориентированная. Последний раз схожую растерянность она испытывала, когда брела по пустынной улице, понятия не имея, где будет ночевать. У неё не было денег даже на такси, чтобы вернуться домой.
Деньги! Теперь надо вернуть их Барсову. Они ей больше не нужны, отпала необходимость платить за гостиницу!
Женя рванула в комнату и на полпути затормозила. И что она скажет Степану, когда появится на пороге этого дома? Что пришла отдать долг? Женя как наяву представила лицо Степана, когда она протянет ему деньги.
Девушка прошла на кухню и поставила чайник. Заглянула в холодильник. Не густо. Есть не хотелось, надо было себя чем-то занять. Вода в чайнике вскипела, но Женя так и не заварила себе чай.