Нет, мне никто не поможет.
Я одна.
В этот момент мысль пронзает меня словно молния: мне нужно бежать. Не просто думать об этом, не жаловаться, не пытаться убедить Андрея быть человеком. А просто взять и уйти.
Но как?
Дверь закрыта. Телефон у него. Денег нет. Документы…
Я замираю. А где мои документы?
Кидаюсь к комоду, открываю ящик – пусто. Глубокий вдох. Второй. Третий.
Он забрал их.
Стены будто сдвигаются, воздух становится вязким. Я хватаюсь за голову.
Он не просто не хочет, чтобы я работала. Он хочет, чтобы я не могла уйти.
Гнетущая тишина висит в воздухе, нарушаемая лишь тихим капаньем воды из крана. Стук крови в висках сливается с этим звуком, разрастается внутри, превращаясь в нарастающий шум паники.
Я судорожно оглядываю квартиру. Что я могу использовать? Что может стать выходом?
Старый балкон? Слишком высоко. Позвонить в МЧС? Сообщат Андрею быстрее, чем они приедут и откроют дверь. Искать что-то тяжёлое, чтобы выбить замок? Соседи услышат.
Нет. Я не могу просто ждать. Мне нужен выход.
И мне остаётся только одно – найти его, пока ещё не поздно.
***
Мои хорошие,
На забывайте подписываться на страничку автора
https://litnet.com/shrt/uDec
А также добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерять.
Всех обнимаю,
Ваша Софья
10 Данияр
Спустя две недели после побега Леси из моего дома я вынужден признать, что потёк крышей. Иначе я не могу объяснить, почему каждая моя ночь наполнена мыслями о ней.
Я вспоминаю её настороженный взгляд, дрожащие губы. Я бы соврал, если бы сказал, что не представляю её идеальную грудь с острыми вишнёвыми пиками сосков. Блядь, как подросток, залипаю на бесконечные фантазии о сиськах Леси. При том что в доступе у меня их сколько хочешь, нет недостатка в желающих провести ночь в моей компании.
Поэтому когда глава моей службы безопасности намекает, что может найти информацию о ней, я уже готов на всё.
— Дан, если тебе так запала та красотка, вообще без проблем пробью её. Найдёшь, трахнешь, успокоишься. Снова войдёшь в рабочий ритм.
Я мог бы нарычать на него, задавить субординацией. Но правда в том, что с Максом мы не один пуд соли съели вместе. Он давно стал больше, чем подчинённым. Поэтому ему простительны такие вольности.
— Может, ты и прав… Поищи о ней всё, что сможешь найти.
Всего спустя сутки я сижу в своём кабинете, барабаня пальцами по столу. Передо мной лежит папка – тонкая, почти пустая. Собранная информация о женщине, которую я не мог выбросить из головы.
Олеся Красько. Работает в продуктовом магазине. Живёт с мужем. Муж – Андрей Красько, сотрудник полиции.
Вот и всё. Минимум. Меньше, чем следовало бы.
— Это всё, что вы нарыли? — спрашиваю, сжав челюсти.
— Она как будто привидение, — пожимает плечами Макс. — Странно, да. Ни соцсетей, ни лишних контактов, даже подруг нет. Только работа и дом.
Дом. Муж-полицейский.
Я встаю, резко сдвинув стул. Внутри шевелится нехорошее предчувствие. Вспоминаю синяк у неё на запястье, который она поспешно спрятала, заметив, что я разглядываю. Тогда мне показалось, что это я мог неосторожно схватить её за руку, когда вытаскивал из воды. Но если хорошенько воскресить в памяти тот день… Вполне возможно, что синяк не был свежим.
Чувство, что упускаю что-то важное, не даёт покоя. Странно то, что информации по Лесе почти ноль. Но теперь у меня есть адрес магазина, в котором она работает.
Я уже предвкушаю встречу с ней, продумываю, в какой ресторан её пригласить. Наверное, сразу пошикарнее? Ради такой красотки ничего не жалко. Муж… Муж, конечно, это плохо. Но в конце концов, я ведь не претендую на то, чтобы жениться на ней. Мне просто нужно, чтобы это проклятое наваждение прошло. И я не Данияр Даниэлов, если она не даст мне то, что я хочу.
Я заезжаю в тот самый магазин. Захожу, бросаю взгляд на кассы. Не нахожу её среди тех, кто сейчас на смене. Может, у неё перерыв? Или выходной?
Сотрудники косятся. Одна особенно настороженно. Судя по важной осанке и дерзкому взгляду, начальница?
— Олеся Красько интересует, — говорю, подходя к ней. — Где она, подскажите.
Она напрягается, лицо становится закрытым.
— Она больше у нас не работает.
— Почему?
— Она... уволилась.
Ложь. Я чувствую ложь за этими словами. Уволилась или её уволили?
— Как я могу её найти?
— А вам зачем? Мы информацию не раздаём первому встречному.
— Это уже наше с ней дело. А ваше — сказать, где она живёт.