— Прекратите немедленно, — понимаю, что коридоры клиники пусты и меня никто не услышит. Да и не поможет никто.
Подхватив меня под бедра, сажает на стол, широко разводит колени и впечатывает в свое мощное разгоряченное тело. И даже рана ему не мешает. Он словно сделан из железа и камня. Ему не знакомо, что такое боль.
— Какая хорошенькая. Нежная, хрупкая, а главное, что нетронутая. Только моей будешь. Не подвела Светка, пообещав сладкую девчонку, — его глаза горят неприкрытым желанием.
Светка? Это он о моей начальнице? Она что, продала меня ему?
— Умоляю, не надо, не хочу, — дергаюсь, вырываюсь, словно птичка.
Рустам рвет на мне халат, и пуговицы разлетаются по всему кабинету. Я перед ним сижу в одном белье. Он словно не одежду с меня срывает, а кожу. Такой беззащитной я себя еще никогда не чувствовала, особенно, когда мощная рука грубо отодвигает трусики и ласкает мою невинную плоть.
— Только моей будешь. Если рядом с тобой увижу мужика — убью, — сжав скулы, набрасывается на мой рот. Пожирает, кусает, глубоко засовывает язык. Я задыхаюсь, мычу, ногтями впиваюсь в его могучие предплечья. Но хищнику на это наплевать.
Через секунду меня бросает в жар, по спине катятся бисеринки пота, а между ног начинается дикая пульсация. Что со мной? Почему тело предательски реагирует на ласки бандита? Это неправильно. Но уже поздно. Порочный жар от его тела, словно вирус, передается мне.
— Я уже на взводе, член дымится. Целкой ты от сюда не выйдешь, — прервав поцелуй, говорит низким голосом.
Бросаю взгляд на ширинку внушительных размеров, и меня охватывает паника. Меня разорвет от таких огромных размеров. По телу бегут горячие токи. И с губ непроизвольно слетает тихий стон.
— Говоришь, что не хочешь меня, а сама умело соблазняешь, — часто дышит мне в шею. – Кричи, вырывайся. Ты меня не на шутку завела. Цену себе набиваешь?
— Ничего такого я не делаю, не придумываете. Вы, наверное, меня с кем-то путаете, — задыхаюсь от возмущения и все еще пытаюсь его оттолкнуть.
— Кабинет у тебя шестой? — снова силой вырывает поцелуй.
— Да, — кричу с отчаянием в голосе.
— Ну, тогда я точно по адресу зашел. Деньги заплачены, будь добра отработать. Сладенькая чистая девочка. Моя.
— Это ошибка, я всего лишь медсестра.
Я не сдамся, буду бороться.
— Зевс, у нас ЧП. Надо ехать, — когда распахивается дверь, бандит загораживает меня мощным телом, оберегая свою добычу, чтобы никто не видел меня почти голой.
Боюсь радоваться раньше времени. Неужели я спасена?
— Блять, — шумно с рыком выдыхает. — Закрой дверь.
— Но… — возмущается охранник.
— Я не повторяю дважды, — мне кажется, от грозного голоса вибрируют стены.
Дождавшись, когда мы снова останемся наедине, Зевс пытается застегнуть на мне халат, но поняв, что это бесполезно, достает несколько купюр и швыряет их на стол.
Мерзкий тип, неужели он думает, что в этом мире все продается и покупается?
— Купи себе новый халатик, — вгрызается в губы, жадно их пожирая.
Насытившись ими, хищник берет свою футболку и, громко хлопнув дверью, выходит из кабинета.
Голова кружится, перед глазами все плывет. Не могу отдышаться. Когда я остаюсь одна, первым делом натягиваю на себя платье. И плевать, что оно еще не высохло. Мне надо домой, чтобы срочно смыть порочные прикосновения бандита. Я чувствую себя чудовищно грязной. В ушах стучит пульс, воздуха не хватает. Надо скорее бежать, пока он не вернулся. Надеюсь, что я больше никогда его не увижу.
Выглянув в коридор и никого не увидев, выбегаю из кабинета. Едва не роняю телефон, когда приходит СМС с незнакомого номера.
Глава 3
«Мы еще не закончили, Кроха. От меня не убежишь. Я найду тебя везде и жестко трахну».
Нажав на дверной звонок, в сотый раз перечитываю сообщение, умирая от страха.
— Что с тобой? – подруга открывает дверь и, глядя на меня огромными глазами, отшатывается назад.
— Привет, Олесь. Можно войти? – обнимая себя за плечи, шмыгнув носом.
— Конечно, ты почему дрожишь? На улице вроде тепло, — она достает мне тапочки и приглашает на кухню.
Плюхнувшись на табуретку, смотрю в одну точку, пытаясь осознать, что все позади, и я смогла выбраться из передряги с минимальными потерями.
— Чай будешь?
Молча киваю, пока подруга суетится с чашками и ставит на стол корзинку с конфетами.
— Рассказывай, что случилось. На тебе лица нет. Маме опять плохо с сердцем?