Мария Лестер стояла перед зеркалом в своей комнате; она одевалась к обеду. Никогда зеркало не отражало более кроткого личика. Черты ее были лестеровскими: нежные и тонко очерченные, с нежным румянцем на щеках, с нежными черными глазами и шелковистыми темно-каштановыми волосами. Она была среднего роста, грациозна и изящна, очень спокойная и непринужденная в обращении.
Все думали, что такая привлекательная девушка непременно выйдет замуж рано. Марии было теперь двадцать лет, и она получила уже одно предложение, когда была в Лондоне, то есть Лестер получил за нее и взял на себя решимость отвечать отказом. Мария смеялась, когда услышала об этом, и очень была благодарна отцу. Если ей позволят! Сплетники дэншельдские были такого мнения, что ей не позволят. Большие издержки Лестера и его недостаточный доход служили предметом общих толков; невероятно, чтобы он отдал дочь, когда он должен с ее замужеством отказаться от девятисот фунтов годового дохода.
Звук, более походящий на ружейный выстрел, чем на порыв ветра, привлек Марию к окну. Она могла видеть отдаленное море, его вздымающиеся и кипящие волны, и стояла и смотрела на них. На ней было фиолетовое шелковое платье, совершенно простое, кроме узких белых кружев на открытом лифе и рукавах. Вдруг она подняла с мольбой свои белые руки.
— Помоги, Господи, всем, кто находится в море в эту ночь!
Леди Аделаида была в гостиной в дорогом и прекрасном вечернем платье из белой шелковой материи и сияла бриллиантами, когда Мария вошла. Наряды леди Аделаиды в тихие домашние вечера без гостей давно перестали казаться нелепыми домашним, они привыкли к этому. Лестер поощрял это в первое время брака, прежде чем запутался в делах; может быть, теперь он чувствовал это неудобство. Мария села молча. Мачеха не заговорила с нею, и она чувствовала, как всегда, что она не дома; мало ласкового внимания получала она от леди Аделаиды. Старший ягненочек, Джордж, валялся на кресле.
Лестер и доклад об обеде явились вместе. Они обедали рано, когда находились в замке, в шесть часов. Лестер подал жене руку. Мария пошла за ними. В этот вечер гостей не было и обед кончился скоро. Леди Аделаида захотела, чтобы Джордж обедал за столом; она часто этого хотела, и избалованный мальчик не позволял никому говорить, кроме себя. За десертом пришли еще два ягненочка; когда всех их наделили разными вкусными вещами, шум утих.
Только не шум ветра. Страшный порыв пронесся мимо окон, и Лестер повернул голову.
— Каково тем, кто в море нынешнюю ночь!
— Я думала было, что пони слетят с утесов, — томно сказала леди Аделаида. — Эда, что с тобою. Ты слишком много съела? Возьмите ее на колени, Мария.
— Неужели ты решилась ехать на утесы сегодня? — спросил Лестер. — Это не совсем благоразумно, Аделаида.
— Я сейчас съехала с утеса, когда увидала, какой ветер, — отвечала леди Аделаида, тихо засмеявшись, — теперь она никогда не смеялась громко. — Я полагаю, ты не ходил на охоту.
— Возможно ли это при таком ветре! Однако Дэн вышел совсем одевшись для охоты, я смеялся над ним. Он сказал, что зайдет сегодня вечером, Аделаида.
Она быстро подняла голову при этих словах, и лоб ее нахмурился, но голос скоро принял свой обычный небрежный тон.
— А я думала, что ветер удержит его дома. Мария, эта девочка заснула?
Мария Лестер торопливо взглянула на девочку, которую она держал на коленях. Девочка спала с куском пирожного в руках.
— Пора уже ей в постель, — сказал Лестер. — Ветер утомил ее. Я сам утомился от ветра. Отнеси ее наверх, Мария.
Тихо взяв на руки малютку, чтобы не разбудить ее, Мария пошла в детскую. Старшая няня раздевала младшего ребенка, двое детей сидели на ковре, плача и капризничая.
— Посмотрите на эту девочку, няня, она сейчас заснула у меня на коленях.
— Несносная девчонка, — отвечала няня. — Их надо раздевать всех вместе. Пожалуйста, положите ее в колыбельку, мисс.
— Но где же Сюзанна? — спросила Мария, наклонясь над колыбелью.
— О, Сюзанна! На что годится Сюзанна по вечерам? Прошу у вас извинения, мисс Лестер, что отвечаю так, но я так рассержена этой Сюзанной, что забыла даже, с кем я говорю. Как только дети пойдут к десерту, Сюзанна думает, что она свободна, и уходит на два часа, оставляя меня одну делать все. Я не могу оставить детскую и бежать за ней, а звоню, звоню, но она не приходит. Обыкновенно Селина приходила помогать, но сегодня не пришла.