– Да быть не может, – не поверил прораб, осматривая гремящую цепь в месте свежего разлома. – Что за чертовщина?
– Говорил же, – сплюнув на землю, усмехнулся дед, – не просто будет.
– Ну, это мы еще посмотрим, – пробормотал прораб, раздраженно за собой хлопнув дверью.
Трактор резко развернулся, выпустив черную копоть выхлопных газов над собой, и задрав ковш, двинулся в сторону серых от времени аккуратно сложенных друг на друга бревен.
– Придавит же, – с тревогой перекрестилась старушка.
– Не боись, – весело сказал дед, – ничего у него не получится.
Зубья тракторного ковша вонзились в бревенчатую стену, с треском вырывая из нее щепы, но сама конструкция не поддавалась прилагаемым механическим усилиям. Конечным результатом безуспешных попыток сломать, казалось бы, ветхий дом стал заглохший двигатель. Бригадир со злостью спрыгнул с трактора.
– Тащи канистру! – распорядился он в адрес рабочих.
– Спалить решил, – пронеслось среди собравшихся.
– Ты еще бомбой взорви, внучек, – ехидно прошамкал дед.
Но бригадир, еще больше задеваемый таким замечанием, уже принялся остервенело обливать стены злосчастной постройки бензином, не заметив как подъехал автомобиль, из которого вышли два человека.
– Что так долго возитесь? – спросил подходя один из них, помахивая увесистой папкой в руке. – Вы уже должны вывоз мусора начать, а тут дом еще нетронутым стоит.
– Жечь надо. Сломать не вышло, – сухо отчитался бригадир.
– А говорили, что он свое отслужил и толку от него не будет, – улыбаясь, сказал второй человек, являющийся новым хозяином участка. – Выходит, профессиональное видение архитектора подвело?
– Сам не ожидал, – оправдываясь, сказал архитектор, – обычно такие старые дома, к тому же долгое время заброшенные, никакого интереса не представляют.
– Мой дом должен быть прочным. По-настоящему прочным, – обратился хозяин участка к архитектору, – как этот.
Задержав свой взгляд на канистре в руках ожидающего распоряжения бригадира, немного подумав, добавил:
– Только, чтобы огнеупорный.
– Что ж, внесу поправки в проект, – вздохнул архитектор.
Слышавший этот разговор дед с усмешкой подтрунил над раздосадованным бригадиром:
– Ломать не строить, а, внучек?
Ценообразование
На шумном городском рынке, пристроившись к краю обильных торговых рядов, разложил свои крупные яблоки садовод-любитель. Крепкие, насыщенного ярко-зеленого цвета, они лежали горкой на импровизированном прилавке, собранном из фанерных ящиков. Никто из торговцев-завсегдатаев не придал особого значения появившемуся новичку. Некоторые лишь скептически окинули взглядом предлагаемый садоводом товар, который так и не обзавелся ценником.
– Почем яблочки? – поинтересовался любопытный прохожий.
– Стоимость определятся покупателем, – улыбаясь, ответил садовод.
– В смысле? – не понял покупатель.
– Сколько посчитаете нужным, столько можете и заплатить, – все так же добродушно пояснил садовод.
– Чудак, – заключил несостоявшийся покупатель и направился дальше вдоль торговых рядов.
Торговавший рядом продавец фруктов, с любопытством наблюдавший за очень коротким диалогом, не без удивления заметил:
– Что-то новенькое в вопросе ценообразования. В чем подвох?
– Ни в чем, – ответил садовод. – Просто считаю, что цены должны устанавливать покупатели, а не наоборот.
– С таким подходом прогоришь, – расслабленно рассмеялся продавец.
Садовод, ничего не ответив, лишь неопределенно пожал плечами.
В течение часа к нестандартному прилавку неоднократно подходили заинтересовавшиеся сочно выглядящими яблоками, но большинство из них недоуменно отходили, выяснив подробности, а другие с сомнением рассматривали товар, пытаясь найти скрытый изъян.
– Как это "сколько сочту нужным"? – не унимался пожилой потенциальный покупатель. – У всего есть своя цена.
– Вот вы её и определите для себя, – вежливо отвечал садовод.
– Ну а если рупь цена вашим яблокам? – продолжал свой допрос покупатель.
– Если считаете, что рупь, то платите именно эту сумму и берите яблоки, – едва сдерживая улыбку, отвечал садовод.
– А сколько можно взять? – интересовался въедливый покупатель.
– Сколько сочтете нужным. Стоимость каждого яблока вы определяете сами, – не меняя спокойного доброжелательного тона, отвечал садовод.
– Вот вам полтинник. За него я возьму вот эти четыре яблока, – вклинился в разговор мужчина в солнцезащитных очках, отбирая несколько больших и крепких зеленых шаров. – Устраивает?