— Ну так скажите кому-то ещё. Соберите Прави, я должна выступить перед подданными! — скомандовала Асси, накинув на себя балахон, скрыв под ним своё обнаженное тело.
— Мы свободные РаСечи. — поправил её РорАн. Так как лудусы сами себя лудусами называть не любили, предпочитая слово «РаСеча» или производное «РаСи»(«Ра» — Солнце, в данном случаи свет солнца, «Сеча» — Дочь или то, что плодит, рожает, сеет, размножает. Производное «РаСи» имело значение группы, объединённой чем-то общим. В данном контексте солнечным светом).
— Если бы это было так, вас бы приняли в альянс тринадцатым членом, и ваши жизни не зависели бы от решения моего отца. Так что пока Вы мои подданные, независимо от того, Раси вы, РаСечи или кем вы там себя возомнили. — Поставила точку в разговоре Асси.
ТераСею окружало две луны, находившихся от неё на очень разных орбитах. Луны Гера и ГерЕра. Назывались они так потому, что у ближайшей луны ГерЕра, что буквально означало два слова: (Гер — Почва и Ер — производство) земледелие. Она находилась довольно близко, и её рельеф был виден невооруженным глазом, а цикл обращения совпадал с ростом и сбором злаков. Вторая луна, Гера, находилась очень далеко и была маленького размера. Как солнце над ТераСеей, только тусклое, но при этом способное разогнать ночной мрак до сумерек. Гера считалась женой Ра. Она возвещала о смене сезонов. Всего их было 6. Три тёплых, три холодных. Двигаясь по очень вытянутой орбите, Гера становилась то ярче, то тусклее, а иногда вовсе пропадала с ночного неба. Раз в год, который длился тысяча восемьдесят дней, Гера, выходя из собственной тени, ярко вспыхивала над ГерЕрой, освещая её в течение нескольких дней даже днём, тем самым оповещая о смене года и начале тёплых сезонов для почвы. Из-за своей вытянутой орбиты как опорный космический пункт она не подходила, а вот ГерЕра, которая совершала полный оборот за 180 суток, при этом находясь практически на равностороннем удалении от ТераСеи, подходила как нельзя лучше. Лудусы, все свои поколения готовившиеся к неизбежной войне с притэлием (империя, улей), обосновали на ней автономную военную базу. «Мунун», что обозначало (механизированное вместилище чего-либо, военный ковчег). Эта база создавала трёхуровневую космическую защиту. Первым уровнем защиты были сотни тысяч маленьких автономных турелей, оснащённых основным видом оружия лудусов, инерционными пушками. Они разгоняли в закольцованной магнитной трубке металлический шарик, который вылетал из пушки на скорости, приближённой к скорости света. При контакте с какой-то плотностью шарик распадался на ионы, высвобождая колоссальное количество энергии. Несколько таких турелей могли засчитанное время могли уничтожить небольшой астероид. А сотни тысяч создавали неприступный щит. Единственной их проблемой был солнечный ветер. Тяжёлые альфа-частицы со временем выводили из строя оборудование турелей, и их приходилась утилизировать. При таком количестве они выходили из строя сотнями, заставляя завод на ГерЕре работать безостановочно. Чтобы избежать рутиной работы по сбору, турели, при потере связи друг с другом, самостоятельно вычисляли неисправную единицу и расстреливали её, тем самым превращая в космическую пыль. Турели работали полностью автономно,, но при надобности, могли контролироваться военными с базы «Мунун».
Вслед за ними шли беспилотные, но управляемые с этой же базы Мунун, тяжёлые пушки, вооруженные по такому же принципу, но уже более массивными зарядами. Они управлялись операторами, которые в случае поражения пушки оставляли пульт и брали в руки оружие, становясь пехотинцами, штурмовиками, десантниками и пилотами военных портировщиков, имевших три вида вооружения. Огнестрельное, инерционное и ядерное оружие малой мощности. На самой базе Мунун стояли ядерные установки большой мощности, как последний оплот сдерживания противника. При всей этой мощи каждый гражданский портировщик на ТераСеи мог быть с легкостью переоборудован в военный, достаточно было только закрепить на борту любой из доступных средств вооружения, имеющийся у лудусов в арсенале. Именно потому они чувствовали себя в относительной безопасности, будучи уверенными, что в космосе, где нет бессмертных солдат прителата, лудусам равных нет.
Глава 21
Через несколько дней ПахРой, полностью оправившийся от своих ран, начал просить профессора РорАна выпустить его из изолятора и дать возможность увидеться с Халой.
Профессор же постоянно следил за состоянием ПахРоя, боялся непредвиденных мутаций в теле своего подопытного.
Такой технологии, которую он применил над ним, ещё не использовали. На тот момент это были всего лишь его успешные догадки в области генной инженерии. Но, поняв, что долго удерживать фанатично настроенного ПахРоя ему не удастся, он дал добро на свободное перемещение с условием, что ПахРой будет периодически приходить на обследование.