Из мешка с туалетными принадлежностями он достал щетку и встал за спиной у Трейси. Женщина затаила дыхание.
Зубья щетки касались кожи на ее затылке, но не царапали ее. Он крепко держал в руке ее длинные волосы, так чтобы те не дергались при расчесывании.
Ритмичными движениями Грэм зачесал волосы на затылке на левую сторону, стараясь не задеть ее ухо. Несмотря на то что она находилась под воздействием наркотика, Трейси чувствовала каждое его движение. Оставшиеся волосы он стал зачесывать вправо и случайно поцарапал самый верх уха. Грэм мгновенно остановился. Трейси почувствовала его руки у себя на плечах: он наклонился вперед и осторожно поцеловал ранку.
– Прости меня, моя драгоценная девочка, – нежно произнес мужчина.
Трейси пришлось напрячься, чтобы не отодвинуться. Ей не хотелось прерывать его фантазии, какими бы те ни были.
Закончив причесывание, он вновь встал перед ней. Она увидела, что его левая рука сжата в кулак.
Монстр потянулся к ее лбу и осторожно отвел в сторону несколько выбившихся волос. Потом открыл руку – в ней оказались две заколки-«невидимки», как их называла мать Трейси. Но, в отличие от коричневых, которые удерживали бигуди на голове ее матери, эти были белыми. В том месте, где они сгибались, на заколках были прикреплены половинки сердца с острыми углами. Этими заколками Грэм заколол ее челку.
– Вот так-то лучше. Так я вижу твое лицо, – сказал он, наклоняя голову набок. – Теперь ты готова к игре.
Нежность в его голосе вызвала у Трейси новые слезы.
Она знала, что ее приготовили к смерти.
Глава 75
– Я здесь никогда не был, – сказал Брайант, въезжая на стоянку, которая полукругом охватывала двухэтажное здание.
«Вязы» представляли собой часть Центра психического здоровья районов Дадли и Уолсолла. Именно в этом здании располагалась служба, занимающаяся психическим здоровьем детей и подростков, или, иначе, СПЗДП.
– И что, службы социальной опеки тоже здесь базируются?
– Не уверена, – пожала плечами Ким. – Но Стейси сказала, что она работает именно здесь.
Двойные двери автоматически открылись в пристройку с пластиковыми стульями, которые стояли вдоль стен. За стеклянной стеной располагалось офисное помещение.
Ким подошла и постучала в стекло, а через мгновение заметила кнопку звонка с надписью «ЗВОНИТЕ».
Молодой человек, по виду лет двадцати с небольшим, с челкой, падающей на глаза, подошел к стеклу.
– Чем могу помочь? – произнес он в отверстия, просверленные в стекле и расположенные в виде ромба.
– Валери Вуд – она нас ждет, – сказала Ким, прислоняя свой знак к стеклу.
На молодого человека это не произвело никакого впечатления. Стоун пришлось напомнить себе, что в этом здании работают с трудными подростками.
Молодой человек прошел в конец офиса и кому-то позвонил. Пару раз он кивнул, а потом сделал широкое движение рукой в их сторону, как бы приглашая их присесть.
Ким отошла от стеклянной стены и стала прогуливаться по помещению.
Учреждение не походило ни на одно из тех, в которых ей пришлось побывать в детстве. И тем не менее она знала, что это такое. Потому что сам подход мало поменялся с тех времен. Выговорись, сними камень с души, и тебе сразу станет легче.
«Да неужели?» – всегда думала Ким. И предпочитала молчать.
Из главного здания с помощью карточки, которая висела у нее на шее, вышла женщина и прошла в пристройку. Ей было ближе к шестидесяти, кудрявые светлые волосы коротко подстрижены. На лице никакой косметики, и у глаз и рта несколько глубоких морщинок. Когда она улыбалась, был виден небольшой просвет между ее передними зубами.
– Я Валери Вуд. Чем могу быть вам полезна?
Значит, Стейси назначила эту встречу, но не стала распространяться о ее причинах.
– Вы помните дело молодого человека по имени Грэм Стадвик? – спросила Ким.
– Да, это было еще в мою бытность в службе социальной опеки. А в чем дело?
– Мы хотели бы задать вам несколько вопросов.
Женщина на мгновение задумалась, а потом согласно кивнула.
– Давайте выйдем на улицу. У меня как раз сейчас перекур.
Ким прошла вслед за женщиной, которая достала из заднего кармана джинсов пачку сигарет и крохотную зажигалку.
– Ужасная привычка, – сказала она, затягиваясь сигаретой. – Пытаюсь бросить после каждой выкуренной сигареты.
– Так, значит, вы работали в службе социальной опеки? – уточнила Ким для того, чтобы лучше понять связь между этой женщиной и их возможным подозреваемым.
– В прошлой жизни, но работа была не для меня. Вы должны или научиться полностью выключать свои чувства и эмоции, или долго там не протянете. Я не протянула. В принципе Грэм был одним из моих последних дел и совершенно точно одной из причин, почему я переключилась на психологию.