Секунда, и картинка обрела привычную четкость, а я, покрываясь предательскими мурашками, успела уловить его взгляд… такой многообещающий и осоловелый… Наглый. Паша смотрел на мою влажную, практически обнаженную грудь с огрубевшими сосками.
Поспешно обнимая себя, я едва ли сумела устоять на подгибающихся ногах, мимоходом воспроизводя в памяти случайное прикосновении его тяжелой ладони.
— А ВОТ… В-ВАШ ПО-ПА-ДАРОК… — ведущий кивком головы указал на объемную коробку, обвязанную розовым бантом, после чего, не удержав равновесие, рухнул в воду.
— Чмо… — хрипло произнес Паша, тем не менее, не двигаясь с места.
Я нервно рассмеялась, продолжая обнимать себя под грудью.
Максимально нелепая ситуация, однако, чтобы мне выбраться из бассейна, необходимо было сдвинуть Левицкого, а я… так разнервничалась, что просто не решалась к нему прикоснуться…
Он был таким привлекательным с голым торсом и прилипшими к лицу волосами. Еще более привлекательным, чем одетым… Хи-хи. Ох, Маша, что за вероломные мысли поселились в твоей голове?
— Отец смотрит, — подавшись вперед, шепнул мне Паша, поясняя эту небольшую заминку.
— Да, конечно… — понимающе кивнула, любуясь тем, как капли воды стекают по его животу и рукам.
Паша оказался одним из самых высоких мужчин в этом бассейне, и уж точно лучше всех сложенным. Рядом с ним я чувствовала себя маленькой и беззащитной, совершенно позабыв о том, что еще пару минут назад сражалась не на жизнь…
— Глянь на чету Милковых, — внезапно Паша взял мое лицо в ладони, заставляя посмотреть в другую сторону.
Я еле сдержала смешок, потому что выражения их лиц были просто бесценны. Раздувающиеся ноздри Владислава подтверждали, что мужчина страшно зол, а его женушка смотрела на меня с нескрываемым презрением.
— Уроды, — припечатал Паша, проведя подушечкой большого пальца под моей нижней губой, отчего рот слегка приоткрылся, и я непроизвольно сглотнула, случайно прижимаясь бедром к его бедру.
— Паша, Машенька! Поздравляю! — мы одновременно обернулись на твердый голос Романа Константиновича, замершего у бортика. — Я наблюдал за конкурсом. Вот уж точно самая слаженная парочка! — он добродушно усмехнулся.
Выходит, отец Левицкого наблюдал за всей этой водной вакханалией. Какой стыд. Я почувствовала, что краснею.
— Кстати, я уже сделал выговор помощнице из-за этих клоунов! Нашла же агентство… Хоть бы он там утоп! — кивнул Левицкий-старший на придурочного ведущего, хватающего конкурсанток за филейные части тела посреди бассейна.
М-да.
— Сынок, ты мне нужен на разговор, — и мужчина подмигнул. — Сможешь ненадолго оставить Машу?
— Это будет трудно, но я попробую, — негромко отозвался мой босс, скользя кончиками пальцев вдоль моего бедра по направлению к попе.
Под аккомпанемент моего учащенного дыхания, теплая мужская ладонь добралась до места назначения, ласково оглаживая гусиную кожу ягодицы.
А когда пальцы Паши пробрались под кромку купальника, я непроизвольно свела ноги, стараясь не обращать внимания на абсолютно новые ощущения, зарождающиеся внизу живота, словно там разлили нечто сладкое и тягучее. Горячее.
О-й.
— Ты отлично справляешься со своей ролью, Машенька, — заметил таким странно севшим голосом, что я издала неуместный хриплый смешок.
— Вы… ты тоже, — выдохнула с облегчением, глядя вслед удаляющемуся к административным корпусам Роману Константиновичу.
Вернувшись в домик, я уже хотела скрыться в душевой, однако внезапно вспомнила, что сменное белье, впрочем, как и остальная одежда, остались в потерянной сумке.
Не могла же я с утра до ночи ходить в новом спортивном костюме? Тем более, нужно было постирать трусики…
— Паш, — смущенно обратилась я к своему фиктивному мужчине.
— Ау? — не сразу отозвался он, не высовывая нос из навороченного телефона.
— Можно позаимствовать у тебя футболку? Я завтра же постираю и верну! — добавила, поспешно.
— Маш, — он хмыкнул, — ты можешь даже ее не возвращать… — поднявшись, босс поставил передо мной свою сумку, расстегивая замок.
— Бери любую. Я пока схожу до отца. Кстати, там дискотека начинается, будет выступать приглашенная звезда… Сходи потанцуй.
— Нет. Я приму душ и спать. Хватит с меня на сегодня, — пожала плечами, избегая его взгляда, секунду назад показавшегося мне чересчур внимательным в приглушенном свете небольшого помещения.
Вскоре Паша ушел, а я приняла долгожданный душ.
Облачившись в его белую футболку, доходящую мне до середины бедра, почти прикрывая пятую точку, я постирала трусики. Надеялась, они успеют высохнуть до утра. С этими мыслями я отправилась в кровать…