Эддисон прекрасно понимала чувства Ноя. Никто бы не хотел снова и снова вытирать чужие сопли. Даже Лиам бы ей осточертел, если бы постоянно плакал о неслучившейся любви с Викторией.
– Ной?.. – тихо позвала Эддисон, не желая оставаться одна.
Она поднялась с кровати и, пошатываясь, вышла из комнаты вслед за Ноем.
– Ной… – снова прошептала она, не понимая, почему из-за его ухода так изнывает сердце. Эддисон прибавила шаг и позвала громче: – Ной!
Врезаясь в углы и спотыкаясь, Эддисон спустилась на первый этаж. В самый раз, чтобы застать Ноя у входной двери. Тот обернулся, раздраженно вздохнув.
– Ну что еще?!
– Не… уходи.
– Что? – нахмурился он. – Не уходить? И как это понимать?
– Я не знаю, сама ничего не понимаю…
– Это пройдет, – отмахнулся он. – Завтра с похмелья голова будет чугунная, но это не навсегда. Не переживай.
– Я не о том…
Эддисон подошла к Ною и настойчиво уткнулась лбом в его грудь, прижав Ноя спиной к двери. Он не двигался.
– Не понимаю, что со мной происходит… Я не хочу отпускать тебя.
Ной какое-то время молчал, а потом ответил:
– Так может, ты просто законченная собственница, Смит? Не хочешь отпускать Здоровяка, теперь еще и меня… Может, тебе просто нравятся игрушки, которым ты выворачиваешь руки и ноги, и делиться ими ты ни с кем не собираешься? Или тебе просто все равно, что они чувствуют? Что… чувствую я?
– Не говори так! – потребовала Эддисон, схватив Ноя за грудки и до белены пальцев сжав ткань. – Ты же знаешь, что я не такая! Ты все знаешь… – Эддисон подняла на Ноя глаза. – Даже в самом начале мне не было на тебя наплевать! А сейчас я и вовсе…
– Что? – требовательно спросил Ной, не дождавшись продолжения.
Эддисон приподнялась на носочки и еще ближе придвинулась к Ною, так, что их носы коснулись друг друга. Ной замер, ожидая того, что Эддисон будет делать дальше. Но спустя всего лишь долю секунды Эддисон почувствовала неладное. Она наклонилась и прикрыла рукой рот, но было поздно. Рвотные массы полились на кофту Ноя.
– Видел бог, я хотел сбежать от этой бестии! – ворчал Ной, застирывая кофту в раковине ванной комнаты.
Эддисон сидела на полу и обнимала унитаз. Ее вырвало снова, дважды, но лучше не стало. Так сильно она еще не напивалась.
Ной в очередной раз косо взглянул на Эддисон и, наконец, сдался. Он старался держаться холодно и отстраненно, но надолго его не хватило.
– Так, иди сюда.
Ной подошел к Эддисон, аккуратно поднял ее за локти. Она еле стояла на ногах, уже совсем не соображая, что происходит вокруг.
– Давай умоем тебя.
– Ной, мне так плохо…
– Ну, еще бы, – хмыкнул тот, утягивая Эддисон к воде. – Чтобы столько пить, нужна особая выдержка. А ты, считай, с берега и сразу в обрыв. Сколько выпила-то?
– Я… не считала, – вяло ответила та. – Сначала бокал вина с мамой, потом пиво. Много, очень много стаканов.
– О-о-о, ну кто же так начинает? Хорошим алкоголиком не станешь, Смит, если не будешь придерживаться элементарных правил. Все должно приходить постепенно, понимаешь?
Эддисон буркнула что-то невразумительное, и Ной замолчал, решив, что разговоры бесполезны. Он наскоро вытер воду с лица Эддисон, потом обнял ее за талию, закинул одну руку себе на шею и повел в спальню.
На лестнице ребята столкнулись с препятствием. Эддисон не могла самостоятельно поднимать ноги и идти. Ною пришлось усадить Эддисон на ступени, чтобы потом обхватить ее обмякшее тело удобнее и поднять на руки. Эддисон в одно мгновение оказалась будто в невесомости.
Дойдя до комнаты, Ной ногой пихнул дверь и открыл ее. Он внес Эддисон внутрь и аккуратно положил на кровать. Она взяла Ноя за ладонь, предотвращая его попытку уйти.
– Останься со мной, – прошептала она одними губами.
– С ума сошла, Смит? Эмма утром меня убьет.
– Останься, – повторила Эддисон и отключилась.
Глава 14
(Не)любовное письмо
Эддисон разбудили жуткая головная боль и сухость во рту. Кости ломило, а все внутренности будто перемолотили с помощью блендера. В таком состоянии не хотелось просыпаться, не то что жить дальше. Но вновь погрузиться во тьму у нее бы не вышло. Еще до того, как разлепить глаза, Эддисон почувствовала что-то теплое рядом. Ной сопел, уткнувшись носом ей в щеку. Он казался таким умиротворенным и походил на младенца. Но присутствие Ноя утром с ней в одной кровати заставило Эддисон ужаснуться. Она заскулила, не помня, что происходило накануне.
– Твою ж мать…
– А, ты проснулась? – сонно буркнул Ной, даже не открывая глаз.
– Ной?! – прохрипела Эддисон. – Откуда?.. Что? Между нами что-то произошло прошлым вечером?