– М-мои друзья… Что с ними?
Новый толчок заставил Эддисон поморщиться. Ее везли на каталке по ухабистой почве.
– Не волнуйся, им оказывают необходимую помощь. – Молодая женщина ласково улыбнулась. – Теперь все хорошо, детка. Все будет хорошо.
– Но я…
– Эддисон! Боже, Эддисон!
Виктория подлетела к Эддисон, словно ураган. Выглядела она растрепанной, но целой и невредимой. Плечи Виктории были укрыты пледом.
– Как?..
Горло болело так, словно в него залили раскаленный металл. Эддисон поморщилась.
– Машину Чака перехватили недалеко от фермы, – быстро начала Виктория. – Его поймали, Эддисон, поймали! – Она задыхалась, рассказывая, и горько плакала. – Я думала, вам конец… Если бы не полицейские, бросилась бы в огонь за вами!
Эддисон быстро закивала, чувствуя, как собираются слезы.
– Они вытащили вас, но… Никто не был в сознании! Боже, я так напугалась! – Виктория зарыдала пуще прежнего, прижимая ладонь ко рту.
Свободной рукой она вцепилась в каталку и следовала за Эддисон, а та была безмерно благодарна.
– Как они?.. – прошептала Эддисон.
– Лиам так и не пришел в себя, его уже увезли… Меня заверили, что с ним будет все в порядке. Обязательно будет, да? – Виктория болезненно поджала губы. – Я знаю, он справится. Конечно, справится, но… все равно волнуюсь. – Она смахнула слезы и чуть улыбнулась. – Ной вот уже всех достал. Как только открыл глаза и увидел меня, попросил, чтобы я позаботилась в первую очередь о тебе. Он так тебя любит.
Эддисон не смогла сдержать слабую улыбку.
– Я забрала твой телефон и позвонила Эмме. Они с Робом уже мчатся сюда. Все будет хорошо, Эддисон. Вот увидишь, все будет хорошо.
Эддисон снова чуть улыбнулась. У нее ни на что не было сил. Узнав о том, что парни в безопасности, усталость накатила новой волной. Глаза начали слипаться, а тело тяжелеть. Перед тем, как ее каталка должна была скрыться в машине скорой помощи, Эддисон повернула голову и взглянула на догорающий сарай. Он полыхал, как факел, хоть его тушением и занималась бригада пожарных. Сердце Эддисон защемило от тоски. Но лучше потерять берлогу, чем родных людей…
Эддисон не верилось, что все закончилось. Там, внутри, пойманная в ловушку и охваченная огнем, она была в шаге от гибели. Жизнь вытекала из нее медленно, вместе с надеждой и мечтами о будущем. В тот момент, чувствуя одну лишь безысходность, Эддисон сдалась. Смирилась с несправедливой судьбой и приняла ее. Теперь она словно не знала, как будет жить дальше…
– Я могу… могу поехать с ней? Я ее подруга.
Голос Виктории вернул Эддисон в реальность. Она обратила внимание на слово «подруга» и внутри вдруг расползлось странное тепло.
– Прошу вас!
– Давай, детка, залезай, – махнула ей женщина.
Дождавшись, когда каталку загрузят в карету скорой помощи, Эддисон наконец-то выдохнула с облегчением. Она не понимала, сколько прошло времени, как их смогли спасти, но депрессивные мысли вдруг сменились на другие. Эддисон осознала, что не одна. Мама, Ной, Лиам, Виктория… Они не дадут ей запутаться в темных уголках ее сознания и всегда помогут удержаться на плаву. Их присутствие в жизни делало ее почти неуязвимой.
– Спасибо, – сквозь боль прошептала Эддисон и протянула Виктории руку.
Та без слов сжала ладонь Эддисон, понимающе улыбнувшись. Обе молчали всю дорогу до больницы, утешая друг друга этим простым, но таким безумно важным рукопожатием.
Глава 30
Наше светлое завтра
Эддисон и Ноя выписали почти сразу. Кроме небольших ожогов, с их здоровьем было все в порядке. Лиаму пришлось пройти несколько обследований, из-за удара проигрывателем по голове он заработал сотрясение мозга и рассечение. Его белокурые волосы пришлось отстричь. Вместо ухоженной прически он стал обладателем лысины, на затылке теперь красовался рваный рубец.
– Лиам, ты все равно хорош собой, и я люблю тебя, – завязывая потуже галстук на шее Лиама, сказала Виктория. – Перестань уже капризничать, надевай шляпу. Нас лимузин ждет. Лимузин!
Виктория отвернулась к зеркалу чтобы поправить макияж.
– Лимузин… – вяло промямлил тот, поправляя пиджак и ослабляя удушающий аксессуар. – Могли бы доехать на минивэне.
– Мама была категорична. Ты же ее знаешь.
– Да уж, если Эмма что-то решила, ее никто не переубедит.
– Это от избытка чувств, – все же оправдала мать Эддисон. – Все-таки выпускной бывает раз в жизни, а наши жизни недавно чуть не оборвались.
Виктория поправила прическу Эддисон, девушки покружились, рассматривая себя и друг друга. Эддисон не могла оторвать взгляда от платья Виктории. Элегантное, нежно-розовое, воздушное на тонких бретелях, оно обнимало ее тело, подчеркивая стройный силуэт. Легкие локоны и нюдовый макияж дополняли образ.