— Привет, что за срочность? — обеспокоенно спросила подруга прямо с порога. — Что-то случилось?
— Да, я поэтому по телефону не стала спрашивать, — ответила я, входя в квартиру, и слегка замялась. — Рит, я хотела у тебя денег занять.
— Сколько нужно? — тут же уточнила она, даже не задав ни одного вопроса, зачем мне деньги.
— Понимаешь, у нас в съемной квартире кран сорвало. Затопило знатно, и соседи, естественно, пострадали. Вчера оценщик приходил, сумма немаленькая. Но мы с Майкой уже ищем работу и скоро сможем отдавать, — начала я сбивчиво объяснять, прежде чем озвучить ту баснословную сумму, которую нам выкатили соседи на пару с оценщиком.
— Оу, Ален, мы ж только после отпуска. Все сбережения потратили. Я думала тебе так, до зарплаты, на жизнь, — ответила Рита, не дожидаясь, когда я назову сумму. — Я бы обязательно помогла, но нечем, — добавила она, сокрушаясь.
— Ну, ничего. Попробую еще поискать варианты, — стараясь не падать духом и держать лицо, заметила я.
— Какая там сумма? — все же, спросила она, с жалостью глядя на меня.
— Четыреста тысяч почти, — вздохнув, ответила я. — Но не волнуйся, я разберусь.
— Может, чаю? — предложила Рита, чтобы хоть как-то сменить тему и смягчить ситуацию.
— Давай, — мне тоже не хотелось вот так сразу уходить. Осталась поболтать, послушать про отпуск.
Даже слегка позавидовала, что у подруги все так гладко складывалось. Хороший, любящий парень, отличная работа, увлечения. А я словно застряла в своих семнадцати. Такое ощущение, что я вообще не развивалась и никуда не двигалась, а лишь стояла на месте.
Вечером я поджидала влюбленных голубков, сидя у подъезда. Надеялась, что получится пристыдить парня. И может быть, воззвать к его совести. «А вдруг получится, и он сам отменит весь этот свадебный фарс. Тогда от меня отстанут родители, и я продолжу спокойно жить своей жизнью», — надеялась я на лучший исход.
Я специально накрутила себя, чтобы было проще строить из себя обиженную и преданную невесту. И как только увидела остановившуюся у подъезда тачку, напряглась, как натянутая струна. Сева вышел первым и, как в лучших романтических традициях, поспешил открыть дверцу для Майки, подал ей руку и крепко обнял, стоило только ей встать на ноги. Они стояли так близко, в свете фонарей я видела, как она смотрит на парня. У меня даже сердце екнуло, так было жаль разбивать эту идиллию, но я не видела другого выхода. Нужно было действовать и как можно быстрее.
Из своей засады я выскочила как раз в тот момент, когда оборзевший Сева потянул свои губы к моей подруге. Та, конечно, была не против, а вот я очень даже.
— И что здесь происходит? — выпалила я, обращая на себя внимание пары.
— Алена? А что ты здесь делаешь? — чуть отступив от моей подруги и опустив руки, спросил удивленный Сева.
— Я, вроде, первая спросила, — фыркнула я и сложила руки на груди для более грозного вида.
— Я показывал Майе город. Она ведь недавно приехала, — прочистив горло и принимая невозмутимый вид, произнес мой «жених».
— Вот, значит, как это называется, — прошипела я. — Значит, моя подруга понравилась? А что же ты не разорвешь помолвку? Станешь свободным и делай, что душе угодно.
— Я не буду разрывать помолвку, — твердо ответил Сева, ничуть не смущаясь того факта, что Майка все еще стояла рядом.
— Что? — не ожидала я подобного ответа. — Почему? Разве тебе не нравится Майя?
— Да, нравится. Но я не могу. Я столько лет пахал, чтобы заслужить кресло генерального директора нашей фирмы. Отец четко выразил свои условия, либо я женюсь на тебе, либо мне не видать высокой должности. Я должен делом доказать, что готов на все ради семьи и семейного бизнеса, — признался он.
Он говорил, ни разу не взглянув в ее сторону, словно боялся. Я посмотрела на Майку и увидела стоящие в ее глазах слезы. Ее разочаровали слова парня. Мне было так жаль, что я собственноручно рушила ее мечты, но не могла по-другому. Я решила, что в лепешку разобьюсь, но постараюсь все исправить.
Дослушав его излияния, Майка рванула к подъезду. Я успела заметить, как первая слезинка сорвалась с ресниц и покатилась по щеке. Она не хотела показывать Севе, как сильно задели ее эти бесчувственные слова.