- Что? - спрашивает, не оборачиваясь.
- Ничего, - шепчу. - Просто любуюсь.
Она улыбается, но ничего не отвечает.
Такси останавливается у ярко освещённого входа в бар. Изнутри доносятся приглушённые басы музыки, смех, звон бокалов. Ульяна поправляет платье, делает глубокий вдох.
Мы заходим внутрь. В баре полумрак, мерцают неоновые огни, на танцполе уже танцуют несколько пар. Ульяна сразу замечает своих знакомых за столиком у стены и машет им рукой.
- Вот они! - тянет меня за собой. - Макс, это Катя, Лена и Вика, и Тёма. Человечки, это Максим.
Девушки приветливо улыбаются, разглядывают меня с любопытством, но без осуждения. Катя, высокая брюнетка с озорными глазами, подмигивает, накручивая шикарную прядь волос на палец.
- Начнём знакомство? - Спрашивает парень, подзывая бармена.
Глава 28. Супер план
Ульяна.
Биохимические процессы...
Биохимические процессы...
Биохимические процессы...
Любви не существует. Это не любовь. Не существует любви. Это всё неправда. Он не может любить меня. И я не могу его любить.
В который раз прожигаю взглядом танцующую парочку, и пытаюсь убедить себя, что я не ревную. Но ведь это бред. Бред же? Как я могу ревновать совершенно чужого мне человека? Можно ревновать родителей к другим детям, друзей, но парня... Любви не бывает. Не-Бы-Ва-Ет.
Катька, коза, утащила Макса танцевать, он, конечно, отказывался, но я настояла. Уверенная в себе, благородная... дура. Теперь сижу и раздражаюсь. К чему это всё?
- Тём, пойдём тоже потанцуем, что-ли? - Натягиваю улыбку, и встаю, поправив платье.
- С удовольствием. - Посылает мне сальный взгляд, но я не обращаю на это внимания.
Мы выходим на танцпол. Музыка бьёт по нервам — какой‑то ритмичный трек с тяжёлым басом, который совсем мне не по душе. Тёмка пытается приблизиться, положить руки на талию, но я ловко уворачиваюсь, делая вид, что просто двигаюсь в такт музыке.
Краем глаза всё равно слежу за Максом и Катькой. Она хохочет, откидывает голову назад, касается его плеча. Он улыбается — вежливо, сдержанно. Но улыбается. И от этого внутри всё скручивается в тугой узел.
«Ну и что? — мысленно ору сама на себя. — Тебе-то что? Ты сама его туда отправила. Сама. Добровольно. Благородно».
В итоге начинается медляк. Артём прижимает меня к себе, настолько близко, насколько я ему позволяю, и кладёт руки на мою талию. Мы кружимся в танце, и я продолжаю наблюдать за своим парнем. За своим реальным парнем. Настоящим.
Он снова пересекается со мной взглядами, потом опускает глаза на мою талию, и тут же отпускает Катьку, направляясь к нам.
- Украду свою богиню... - Буквально вырывает меня из рук Тёмы, и резко прижимает к своей груди, так что из меня выходит весь воздух.
По коже бегут мурашки, сердце уносится вскачь, дыхание спирает. Я чувствую такую радость, что хочу танцевать. И далеко не медляк. Невольно провожу параллели, и понимаю — Макс прав, такие эмоции я испытываю только рядом с ним. От танца с Тёмой я не почувствовала и близко того, что за три секунды ощутила с Максимом.
- Чтобы больше я такого не видел... - Шепчет мне на ухо, прикусывая мочку. Из груди вырывается тихий стон, и я самостоятельно прижимаюсь к нему крепче. - Танцуешь только со мной. Я ревную, мажорка.
- И я... - Признаюсь, заглядывая ему в глаза. - В бешенстве от того, что ты с ней танцевал.
- Ты же сама меня...
- И что? Передумала. - Надуваюсь. - Ты мой. Не хочу тебя ни с кем делить. - Прикусываю губу. - Возможно... Возможно, ты был прав. Ну... Про любовь.
- Ой, мажорка, ты что, признаешься мне в любви? - Рука Макса сползает мне на бёдра и легонько сжимает ягодицу. - Тогда скажи это нормально.
- Ни за что. - Краснею, расплываясь в улыбке.
- Домой? - Подцепляет зубами мою нижнюю губу.
- Домой.
Стриптиз начинается прямо с коридора. Максим избавляется от верхней одежды, не переставая меня целовать. Резко разворачивает к себе спиной, расстёгивает платье, и оно шёлком скатывается вниз.
Я чуть не теряю равновесие — он тут же подхватывает меня за талию, прижимает к себе. Его губы скользят по шее, оставляя горячие следы, пальцы пробегают вдоль позвоночника. От этих прикосновений по коже бегут мурашки, дыхание сбивается.
- Макс… - выдыхаю едва слышно.
Он не отвечает — только тихо смеётся мне в волосы, и этот низкий, хрипловатый звук пробирает до самых кончиков пальцев. Руки скользят по моим бокам, медленно, мучительно медленно, будто он хочет запомнить каждый изгиб.