Она выдохнула, и он прислушался. На минуту в воздухе повисло неловкое молчание. Мэдэлайн нужно было собраться с мыслями.
«В любом случае, что ты здесь делаешь?» — спросила она нахмурившись. — «Ты меня преследовал?»
Он поднял голову, раздумывая, прежде чем ответить.
«Скажем так... Ты не единственная, кто хочет поразвлечься сегодня ночью, Мэдэлайн». Он хитро улыбнулся, произнеся эти слова. Он был вполне доволен замешательством и смущением девушки. «Пошли. Надо выбираться отсюда». Он направился вперёд, указывая путь наружу, и она пошла с ним. Конечно, она пошла.
Они вместе блуждали по парку в молчании, странная парочка. Светлоглазая девушка и монстр, прячущийся под своей человеческой оболочкой. Зачем он снова надел её? Почему она до сих пор была жива? Только что она была загнана им в ловушку в тёмном лабиринте, она была так беззащитна и запугана, что он решил, что он не решился причинить ей боль.
Конечно, её страх заставлял Его дрожать от голода, смешанного с каким-то странным удовольствием, но оно ощущалось каким-то... неправильным. Может, его просто не хватало. Может, ему следовало прикидываться ещё немного. Чем сильнее страх, тем вкуснее мясо.
Но девушка уже казалась безупречной. То, как её гладкая кожа почти блестела под светом луны, как прохладный ветер развевал её волосы, каждое дуновение воздуха, слетавшее с её губ, заставляло его желать плотно прижать её к себе и попробовать на вкус все её эмоции. Сколько самоконтроля и силы воли ему требовалось, чтобы не выказать эти побуждения.
«Ты же не отсюда, правда? Я имею в виду, я никогда тебя раньше тут не видела», — внезапно спросила Мэдэлайн и с любопытством посмотрела на Роберта.
Его ответ мог быть ложью. Но он не был.
«Я появляюсь здесь время от времени... И хотя моё отсутствие обычно длится довольно долго, я принадлежу Дэрри, можешь мне верить».
Его отсутствие действительно заняло много времени. А точнее, 27 лет. И последний раз, когда он «появлялся», её ещё не было на свете.
«А твоя семья живёт здесь?» — она была так растеряна. Так безнадёжно растеряна, что он даже счёл это смешным. Маленькое любопытное явление.
«Нет», — сухо констатировал он.
Мэдэлайн нахмурилась. Она абсолютно ничего не понимала, потому что, ну, как она бы смогла? А затем случилось кое-что необычное. Роберт Грей засмеялся. ОНО засмеялось. И это не был обычный издевательский смешок, и не маниакальный пронзительный смех психопата. Ни один из тех видов смеха, что Оно придумало для своих жертв.
«Что? Что смешного?» — спросила девушка. Лёгкое смущение угадывалось в каждом её движении. — «Что я такого сказала?»
«Сделай мне одолжение, и перестань задавать вопросы, Мэдэлайн».
«Что? Ты что, очередной преступник, которому посчастливилось выбрать Дэрри для своего тайного убежища?» Это было всего лишь невинной шуткой, но Мэдэлайн предполагала такую возможность.
«Это был ещё один вопрос», — он злобно фыркнул.
«Ты не сможешь узнать кого-то без того, чтобы задавать вопросы».
«Вряд ли ты хочешь узнать меня», — Роберт говорил тихо и холодно. Он посмотрел на неё сверху вниз, и его глаза оказались такими же безучастными, как и слова. Такими же, какими она впервые их увидела. И девушка ответила ему наглым взглядом.
«Но я хочу».
Тогда ты сама напрашиваешься на неприятности, малышка.
Теперь это стало интересным. Может он смог бы это использовать. Его глаза оторвались от её глаз, и поднялись вверх, останавливаясь на погасшей неоновой вывеске «Страшный суд». Дом с привидениями.
«Хмм...», — он медленно улыбнулся, задумавшись. — «Если ты действительно так храбра, докажи это».
Мэдэлайн повернулась, чтобы увидеть низкое здание с несоразмерно большим входом, дверью необычной формы и треснутыми стёклами. В воздухе витал запах дешёвого спрея, отдалённо напоминающего запах пыли и грязи, якобы въевшихся в поддельные деревянные колонны. На фестивале раньше никогда не было дома с привидениями...
«О нет. Нет. Ни за что я не пойду туда после всего того, что произошло сегодня», — она недоверчиво уставилась на него. Неужели он, правда, хотел, чтобы они пошли туда? Когда они были совсем одни? Да «дом» даже не работал в такое время!
«Это очень плохо. А я-то думал, что ты хочешь узнать меня», — он, было, повернулся назад, как будто ему больше не был интересен разговор, и ему не пришлось долго ждать:
«Стой!» — это всегда работало. — «Окей, я пойду туда, но...» — она нервно закусила губу и оглянулась, ища, что бы могло хотя бы отсрочить обещание.
И она нашла это. Огромная старомодная карусель.
«...но сначала мы прокатимся вот на этом».