Нербии в этом смысле повезло… или не повезло больше. Тут уж кто какую погоду больше предпочитает. С востока лишь горы защищали восточное государство от холодного течения, берущего своё начало в северном Зирбийском море. Если бы не высокая гряда, нербийцы испытали бы на себе все прелести суровых зим, к которым давно привыкли обитатели медвежьей страны. Но даже тех дождевых туч, что преодолевали горные кручи, было достаточно, чтобы облюбованная людьми Нербия стала благославенным уголком, лишённым и излишней жары, как в Лурбии и Сарбии, и суровых холодов, как в упомянутой Зирбии.
Пожалуй, схожий климат был и в Тербии с Дарбией, но лишь благодаря полноводным рекам и тому, что одно течение южного моря уносило излишки тепла в Сарбию, а второе приносило прохладу и хотя бы часть в изобилии водившейся у берегов Зирбии рыбы.
***
— Ты не обидишься, если я на пару дней возьму в оборот нашу пухляшку? — шепнул Рончейе, размышлявшей о чём-то своём, Перкид, опасавшийся потерять расположение талантливой девушки, которую того и гляди уведут более хваткие дельцы.
Он прекрасно понимал, что собой представляют его новые знакомые, проявлявшие больше соперничества, чем многие заклятые враги, искусно пряча свои намерения под ворохом льстивых фраз и уверений в нерушимой дружбе и взаимном уважении.
— О, напротив! — обрадовалась Рони, подумывая навестить городок её детства, чтобы проверить доставшийся ей в наследство от бабушки домик. Приморский климат требовал постоянного ухода за жилищем, угрожая быстро превратить полузаброшенную избушку в развалины. — Я как раз хотела съездить к родным. Думаю, дней за пять обернусь.
— Хмм… Пять дней? — предвкушающе прикрыл ястребиные глаза мужчина. — Это идеально, за такой срок я любую лошадку объезжу и выдрессирую.
— Мы собираемся на конную прогулку? — уловила лишь последние слова подошедшая Энви, ревниво втискиваясь между собеседниками.
— И на прогулку тоже, — ухмыльнулся Кид, представив себя в костюме для верховой езды и перчатках, со стеком в руках, а рядом полностью обнаженную блондиночку, украшенную лишь особой “сбруей”, возможно, даже привязанную к симпатичному столбику.
— Я уже сказала Перкиду, что уеду на несколько дней, навещу родственников, — успокоила недовольную подругу Рончейя, отмечая как та расслабилась, услышав об отъезде соперницы. — Надеюсь, вы не будете слишком скучать? Дорогой, ты найдёшь, чем развлечь нашу гостью?
— Конечно, дорогая! — Кид снова перевел почти кровожадный взгляд на Энвайю, по неопытности принимавшей его за проявление нежной страсти. Хотя определенно, страсть тут имела место, но скорее не к самой девушке, а к тому, что в своих мыслях уже проделал с ней пресытившийся обычными вещами мужчина. — Не беспокойся, мы придумаем, чем заняться без тебя. Можешь не торопиться, ты и так не слишком часто бываешь на родине.
— О! Замечательно! — искренне отозвалась рыжая красотка, только сейчас понявшая, как ей повезло, что истинные наклонности любовника начали проявляться лишь теперь, когда она надёжно защищена договором.
Просто чудо, что удалось продержаться так долго и настолько вовремя обеспечить особые интересы Перкида подходящей для игр девушкой. Промелькнувшее было сочувствие к бедняжке моментально растаяло, едва она заметила злой взгляд Энви, ревниво наблюдавшей за мужчиной, поцеловавшим в щёчку прежнюю любовницу.
“Ну что же, за что сражается, то и получит!” — подумала Рони и ушла собираться в дорогу.
Дела в родном городке затянулись на целую неделю, пришлось нанимать работников, подлатавших прохудившуюся крышу и отремонтировавших провисшие ставни и подгнившие доски на крыльце. Затем дом отмывали несколько женщин, втайне осуждающих бестолковую девицу, забросившую такой хороший коттеджик.
Когда-то прадед Рончейи, приехавший с севера Дарбии и оставшийся в этих краях, взяв в жены местную девушку, не стал использовать привычные для южных тербийцев тонкие веточки, обмазанные глиной и Единый знает чем ещё, а привёз с родины толстенные брёвна, которые собственноручно обтесал и уложил при помощи соседей в традиционную избу. Потом его сын, недовольный тем, что потемневшее от времени дерево слишком уж выделяется среди беленьких домишек соседей, покрыл особым составом бревна, придав им более привычный для местных оттенок. Пусть дом и не стал белым, но бледно-серый, с яркими голубыми ставенками, коттедж заиграл новыми красками.