Включая свою мать.
На мгновение мне показалось, что достаточно просто быть собой. Я думала, что таким образом смогу вырваться на свободу. Именно во время поединков я впервые почувствовала себя полноценной, как будто стала частью чего-то большего.
Что связывало меня с Кираном? Почему я испытывала к нему влечение?
Все это уже не имело значения. Настало время повзрослеть и взять на себя ответственность.
***
Обычно я проводила дни, читая у бассейна, но сейчас мне нужно было подготовиться ко встрече с матерью. Я включила кондиционер на полную мощность, сняла шорты и натянула джинсы. Закончив с одеждой, вставила наушники в уши и включила iPod на такую громкость, что у меня чуть не лопнули барабанные перепонки.
Под звуки "Before I Forget" от Slipknot я схватила подушку, прижала ее к лицу и закричала изо всех сил, пока не почувствовала, что у меня закончился воздух. Мне нужно было выпустить все, что накопилось внутри, иначе я бы просто сошла с ума. Затем я швырнула подушку обратно на кровать, и в этот момент наушники резко выдернули у меня из ушей. Я чуть не упала.
— Ты меня напугал!
Передо мной стоял Киран, его черные волосы растрепались, а мышцы были напряжены.
— Он трахнул тебя?
— Кто?
— Не прикидывайся идиоткой. Тайлер. Вы трахались?
Я смотрела на него с недоумением.
— А это имеет значение? Тебе срочно понадобилось растрепать все отцу. Напомни-ка, сколько тебе лет? Внезапно он схватил меня за плечо, развернул и прижал лицом к горячему от солнца стеклу. Его торс навалился мне на спину, а руки легли на запястья, прижимая их с обеих сторон от моей головы.
— Ты меня заебала, — прошипел он мне на ухо, наклонившись ближе. — Я бы предпочел надрать тебе задницу, но мой отец надрал ее мне, потому что тебе приспичило побыть эгоисткой. Тайлер мог трахнуть тебя у первого попавшегося дерева, а ты намекаешь, что я провел себя как киска и побежал жаловаться папочке.
Моя кожа пылала под горячим стеклом, когда он придавил меня к нему всем своим весом. Я попыталась пошевелить руками, но Киран был слишком силен.
— Немедленно отпусти меня. Почему ты злишься? Это моя гребаная мать собирается примчаться сюда.
— Хорошо. Надеюсь, она заберет тебя, и тогда я наконец-то обрету душевный покой. — Он отпустил меня. Я потерла отпечатки его ладоней на своих запястьях и посмотрела на него.
Я поверила его словам. Ему не пристало бежать к своему отцу, словно школьнику, чтобы очернить мою репутацию.
— Мне жаль. — Я шагнула к нему навстречу. Внезапно у меня возникло желание прикоснуться к нему, прижаться лбом к его плечу и хотя бы на несколько секунд почувствовать себя в безопасности, как в ту ночь, когда он впервые привез меня на поединок. — Я не хотела, чтобы у тебя были неприятности.
Киран уставился на меня, как на сумасшедшую. Солнечные лучи, играющее на его руках, придавали его загорелой коже сияние. Я сделала еще один шаг. Когда я оказалась так близко, что почувствовала его свежий летний аромат, я встала на цыпочки, игнорируя дрожь в ногах, и положила руку ему на грудь. Мое сердце скакало галопом, и это было именно тем, что мне нужно.
Он молча наблюдал за каждым моим движением. Я провела рукой по его мягким волосам и положила голову ему на плечо. Обняв его за шею, я провела кончиком языка по коже, почувствовав солоноватый вкус, затем вдохнула его аромат и поцеловала в то место, где пульс бился с той же скоростью, что и мое сердце.
Киран схватил мою косу, и, намотав ее на кулак, запрокинул мою голову назад. Я прижалась к нему, ожидая следующего шага.
— В чем дело? — прошептал он мне в щеку. — Хочешь, чтобы я трахнул тебя, прежде чем ты вернешься в свою золотую клетку? Тебе хочется хотя бы один раз побыть той, кто ты есть? — Он положил свободную руку мне на спину, притянул меня ближе, и я почувствовала, как его стояк упирается мне в живот.
Из меня вырвался стон. Я вцепилась в его шею, желая большего.
Если ты уже падаешь, то хотя бы делай это правильно.
— Что с нами такое? — спросила я, затаив дыхание.
— Фрики притягиваются друг к другу, как магнит. — Он резко откинул мою голову назад, заставив встретиться с ним взглядом.
Боже, его манеры сводили меня с ума.
— Прости, принцесса, но меня не интересуют трусливые слабачки. — Он отпустил мои волосы и оттолкнул меня к кровати. — Возвращайся домой. Продолжай плясать под мамочкину дудку и унижаться, пока от тебя ничего не останется. Играй свою роль марионетки.
— А что мне остается? — закричала я, когда он потянулся к дверной ручке.
Мысль о том, что вскоре мне придется увидеть маму и, возможно, сразу же вернуться в Нью-Йорк, заставила меня потерять самообладание. Я почувствовала удушье.
— Я должна все бросить, сказав ей в лицо, как сильно ее презираю, а что потом? — Я покачала головой. — Я, черт возьми, не знаю, кто я на самом деле!
Он обернулся. В его темных глазах сверкнули гнев и разочарование, и я увидела в них свое отражение.
— Дело не в том, кто ты есть. Главное — кем ты хочешь стать. — Киран хлопнул дверью и ушел, оставив меня одну.
Я чувствовала себя еще более растерянной и отчаявшейся, чем когда-либо прежде.
***
Когда спустя два часа я наконец собралась с духом и спустилась вниз, Мария одарила меня сочувствующим взглядом. Я толкнула раздвижные двери и вышла в сад, чтобы еще немного насладиться тишиной и спокойствием.
Она собралась что-то сказать, но я покачала головой.
— Прости, мне просто хочется побыть одной.
— Фаррен, она здесь.
— Уже?
Она кивнула.
— Твоя мама сейчас в офисе с мистером Муром. Они ждут тебя.
— Где Киран? — спросила я, сама не понимая, почему это важно.
— Уехал.
Мои легкие сжались, и мне стало трудно дышать.
— А куда?
— Он вернулся в Кейп-Корал.
У Кирана был лофт в Кейп-Корал, который, собственно, и являлся его домом. Он виделся с отцом только в экстренных случаях или во время отпусков, так как мистер Мур большую часть времени проводил в разъездах.
— Если хочешь, я могу дать тебе его номер, — предложила она, но я почти не слушала и поспешила в кабинет мистера Мура, который находился слева по коридору.
Он уехал.
Потому что ты все испортила.
Я остановилась перед дверью, прислонилась к ней головой и прислушалась к их разговору. Когда я услышала голос матери, у меня скрутило живот.
— Я полностью поддерживаю твою точку зрения, но меня терзают сомнения по поводу ее способностей.
Скрипнул стул, и послышался голос мистера Мура: — Не хочу вмешиваться, Синтия, но, возможно, ты проявила оплошность. Девушек вроде Фаррен нужно держать в ежовых рукавицах.
Моя мать вздохнула.
— Мне бы хотелось, чтобы Митч разделял твою точку зрения. Он не осознает, как сильно она меня истощает, а сам просто бездействует. Если бы ты был ее отцом, возможно, у нее был бы шанс.
Тон мистера Мура стал мягче.
— Ты знаешь, что я тебе говорил.
Я царапала ногтями шрамы на своем плече, когда услышала, как холодно она отзывается о моем отце. Он не заботился обо мне должным образом, но никогда не проявлял жестокости. До сегодняшнего дня мой отец не имел ни малейшего представления о том, что со мной сделала мать. Возможно, он и не хотел этого знать. Она позаботилась, чтобы это оставалось секретом.
Восемь лет назад
Я на мгновение прижала папину руку к своей щеке. Его перчатки согревали мою замерзшую кожу, а на его каштановых волосах и пальто блестели снежинки.