Определенно, я слишком стар для всего этого дерьма.
Я провел рукой по лбу и потянулся к телефону, не глядя на экран.
— Ты успокоился?
Услышав голос отца, я встал и достал из холодильника банку колы. Мне было жаль, что в доме нет виски.
— Чего ты хочешь?
— Мы расстались на плохой ноте.
Я закатил глаза, громко выдохнув.
— Давай сразу к делу.
— Я хочу, чтобы ты понял: ни одна женщина не стоит того, чтобы из-за нее ссориться. Хотя она даже еще не женщина.
— Что насчет мамы?
— Ты всегда будешь винить меня?
Эта тема была последним, о чем я хотел говорить. В моей гребаной голове бушевал настоящий шторм, я едва мог держать глаза открытыми, и каждая мышца в теле казалась резиновой. Но когда он начал, я был готов выплеснуть на него все, что накопилось.
— Она всегда была рядом, прикрывала твою спину, когда возникали проблемы, а ты отблагодарил ее тем, что привел в дом одну из своих шлюх всего через три недели после ее исчезновения?
Я ударил банкой колы о стойку. Он был прав: я никогда не смогу простить его безразличия к исчезновению моей матери.
— Каждый переживает утрату по-своему. Ты выбрал бокс, а мне нужно было что-то для сердца, — холодно сказал он.
— Для сердца, ну конечно. Ты даже не пытался ее искать. Кто висел на телефоне? Кто разъезжал по ночным улицам? Это я нанял детектива, пока ты бегал от одной шлюхи к другой!
На другом конце провода послышался его вздох.
— Вот чему тебе нужно научиться. Я хочу защитить тебя. Никого не осталось: ни твоей матери, ни девчонки, которая затуманила тебе голову. Никто из них не стоит того, чтобы мы ссорились. Они уходят, Киран. А я всегда рядом.
— Ты ведь знаешь, мама никогда бы просто так не ушла. Даже зная о твоих похождениях, она оставалась с тобой.
— Твоя мать не была такой святой, как ты всегда думал. Ты даже не приблизился к истине.
— Ну так просвети меня.
— Когда придет время и это станет неизбежным, ты все поймешь.
Мой живот болезненно сжался, и я проглотил подступивший к горлу комок кислоты.
Не слушай. Он просто играет с тобой.
Я заставил себя успокоиться, чтобы не дать ему одержать победу. Он хотел поиграть на моих нервах, и каждый раз ему это удавалось. Но не сегодня.
Я глубоко вздохнул, на мгновение закрыл глаза и представил его в старом складе напротив.
Толпа аплодирует. На нем нет сшитого на заказ костюма, который стоит как дорогая машина. Здесь он просто никто. Не противник, а жертва. Первый удар разбивает ему нос. Он нерешительно поднимает руки, пытаясь воспроизвести позу, которую видел на показушных боях по телевизору. Я улыбаюсь и наношу удар. Его голова откидывается в сторону, когда мой кулак попадает ему в челюсть, и у него изо рта вылетают три окровавленных зуба.
— Насчет Фаррен, — сказал я, восстанавливая самообладание. — Знаешь, Тайлер запал на нее. Вдруг он решит ее трахнуть? Или мы все трахнем ее, пока твой телохранитель храпит за дверью. Как думаешь, что скажет Синтия, когда узнает, что ее послушная девочка раздвинула ноги для сына Логана и его друзей, в то время как мужчина, который должен был о ней заботиться, занят другими делами?
— Ты блефуешь. Эта девчонка важна для тебя. Ты бы не допустил, чтобы кто-то к ней прикоснулся, хотя, возможно, ей бы это понравилось. Через несколько месяцев она вернется домой и забудет о тебе, как и твоя мать.
Прежде чем я потерял контроль и позволил ему одержать верх, я повесил трубку, швырнул мобильный на пол и с силой ударился головой о стену, пытаясь на несколько секунд отключить свой разум. Я хотел забыть его слова, которые были направлены на то, чтобы причинить мне боль, ведь ему было трудно признать свою слабость. Хотел забыть о матери, которая на протяжении многих лет преследовала меня, словно призрак. И хотел забыть о Фаррен, ставшей моей тенью с тех пор, как я впустил ее в свою жизнь.
15
ФАРРЕН
Я уже час чувствовала на себе взгляд Лиама. Благодаря настойчивым уговорам Марии, особенно когда она упомянула мистера Мура, мое временное отстранение от занятий оказалось недолгим.
Я провела дома целую неделю, в основном бездельничая, выполняя задания и, лежа у бассейна, размышляя о Киране, о котором не слышала с той самой ночи. Вместо него мне позвонил Тайлер, но я решила его проигнорировать.
Больной ублюдок.
С одной стороны, я ругала себя за свою глупость — влюбиться в Кирана. С другой стороны, что-то изменилось с той ночи в старом соборе. Я изменилась, перестав быть стервой, потому что начала хорошо проводить время.
Голос Кирана затмил голоса мистера Мура и мамы.
Я больше не чувствовала себя жертвой.
Разумеется, я понимала, что значила для него не больше, чем все остальные шлюхи, с которыми он встречался. Это причиняло боль, но я осознавала, что это только моя проблема. Тем не менее, он сделал для меня больше, чем кто-либо другой в моей жизни.
— Пожалуйста, помните, что оценки влияют на итоговые аттестаты, — сказала миссис Миллер.
Я записала ключевые моменты, которые она упомянула для лекции на следующей неделе, и задумалась о том, какого человека мне следует взять в пример, ведь это была тема нашего обсуждения.
Когда занятие окончилось, я быстро попихала учебники и тетради в сумку, перекинула ее через плечо и обернулась к Лиаму, который стоял, прислонившись к столу.
— Хочешь поговорить?
— Откуда знаешь?
— Ты все время глазел, не сказав мне какой-нибудь фигни.
— Эм, насчет Картера... Мне жаль, что мы надрали тебе задницу.
Я рассмеялась.
— Надрали задницу? Не переживай, мне по зубам такие, как вы.
Явно нервничая, он переминался с ноги на ногу и смотрел мимо меня на дверь, пока кабинет не опустел.
— В любом случае, прости.
— А что думает Картер по этому поводу? Или он собирается ныть, как девчонка? — Я наклонилась немного ближе. Он отступил, и я ухмыльнулась.
— Он почти ничего не говорит об этом. Наверное, ему неловко.
— Понятно. — Развернувшись, я покинула кабинет и помахала рукой Костолому, когда заметила его у своего внедорожника на противоположной стороне улицы.
Я придумала новую игру под названием "Обнаженные нервы". Уже по дороге домой он закатил глаза, когда я в двадцатый раз исполнила во все горло "Back in Black" от AC/DC. Даже сейчас, когда он, словно каменная колонна, стоял в дверях, ведущих в сад, и наблюдал, как я занимаюсь у бассейна, я продолжала петь свои любимые песни, время от времени бросая на него взгляды и с удовлетворением замечая, как он качает головой и раздраженно вздыхает. Это был всего лишь небольшой протест, и, возможно, это было по-детски, но так мне было легче справляться с нарастающим беспокойством из-за того, что я не получала новостей от Кирана.
Дело было не только в нем.
Мне не хватало свободы. Я привыкла к этому чувству и желала большего.
Я взглянула на телефон, который завибрировал на полу рядом со мной.
Тайлер.
— Эй, нам обоим будет легче расслабиться, если ты вернешь мне iPod. Мистер Мур ничего не заметит, он ведь почти никогда не бывает дома.
Он проигнорировал меня и уставился в небо сквозь свои солнечные очки.
— Ладно, тогда план "Б".
Я встала, проскочила мимо него в дом, схватила телефон и остановилась. Набрав номер, я немного подождала, надеясь, что новая версия Фаррен окажется достаточно сильной.
Теперь ты наконец понимаешь, что можешь дать отпор? И не только им.
— Алло? — ее голос заставил мое сердце забиться быстрее.