— Что ты наделал? — взгляд Кирана полыхал яростью. В этот момент я впервые испугалась его гнева. Он сильнее прижал лезвие к шее мистера Мура.
Я оглянулась, потому что мама была подозрительно спокойной. Она сидела, уставившись на свои руки, словно была восковой фигурой. Возможно, она сошла с ума. На мгновение я ей позавидовала, что она находится где-то далеко отсюда.
— Я... — Мистер Мур сглотнул. — Она увидела нас в тот вечер и решила сделать это достоянием общественности. Я не мог позволить, чтобы все пошло прахом. Она не мучилась, я нанял профессионала.
Грудь Кирана быстро поднималась и опускалась. Когда я взглянула на него, мне показалось, что он изменился.
Его взгляд никогда не был таким пустым.
— Ты жалкий ублюдок! — Он замахнулся, готовый пырнуть своего отца.
— Нет! Не делай этого!
Он посмотрел на меня так, будто у меня поехала крыша.
— Клянусь, я убью эту тварь.
— Если ты это сделаешь, он победит. Ты окажешься в тюрьме на всю оставшуюся жизнь, и это не вернет твою маму.
— Он это заслужил.
— Нет. Он заслуживает худшего. — Я залезла в карман костюма его отца и вытащила телефон. — Пусть люди узнают. Он потеряет все, что для него важно: деньги, репутацию и, прежде всего, власть. Ты отнимешь у него больше, чем просто его гребаную жизнь.
Киран провел рукой по волосам. Я взяла его за руку и поцеловала тыльную сторону ладони.
— Ты сейчас не в состоянии ясно мыслить. Пожалуйста, выслушай меня хотя бы раз.
Если мы не уберемся отсюда в ближайшее время, я больше не выдержу. Я едва стояла на ногах, мой желудок бурлил, а сердце, казалось, вот-вот разорвется.
Пожалуйста, детка.
Он стиснул зубы и кивнул.
22
ФАРРЕН
Четыре месяца спустя
— Куда мы едем? — спросила я Харлана. Это была моя десятая попытка, и я сомневалась, что на этот раз он ответит. Он бросил на меня загадочный взгляд через зеркало заднего вида, улыбнулся и снова уставился на дорогу.
— Хорошо. — Я скрестила руки на груди. — Ты ведь понимаешь, что это похищение?
Харлан рассмеялся.
— Кей убьет меня, если я проболтаюсь. Расслабься, мы скоро приедем.
Что задумал Киран?
В течение двух месяцев я почти его не видела, так как он постоянно работал сверхурочно или проводил время с друзьями.
Я взглянула на свой телефон. Мы были в пути уже час. У меня урчало в животе, я была подавлена и очень устала. Еще до ужина Харлан подкараулил меня, без объяснений затащил в машину и увез в это путешествие в никуда.
— Могу я тебя о чем-то спросить? — Я наклонилась и положила руки на подголовники.
— Давай.
— Как он? Я пыталась обсудить это, но он сразу меняет тему.
Забота Харлана о Киране казалась мне очень трогательной. За последние несколько месяцев я привязалась к нему и Элайдже и была рада, что они стали ему такими хорошими друзьями.
— Он в порядке. Я имею в виду, что он наконец-то может начать двигаться дальше. Неизвестность, должно быть, пугала до чертиков.
— Он уже был на ее могиле?
— Он навещает ее каждую неделю, принося свежие цветы.
Киран настаивал на том, чтобы ходить на кладбище одному. После того как его отец попал под стражу, он рассказал, где похоронено ее тело. Похороны были скромными, и хотя Кирану было тяжело, он держался.
Харлан задумчиво кивнул.
— Теперь Логан оставит его в покое?
— Хотелось бы верить, что до него дошло. Он не звонил уже целую неделю. — Они не должны слишком долго тянуть с вердиктом. Надеюсь, его ждет эвтаназия.
— Киран тоже на это надеется.
Харлан повернул голову и посмотрел на меня.
— Ну а как у тебя дела?
— Честно говоря, я никогда не чувствовала себя лучше.
Это было правдой. За последние несколько месяцев многое изменилось: мои цели и вся моя жизнь. Компания больше не имела для меня значения, и я не собиралась подстраиваться под чужие ожидания.
Харлан перевел взгляд на дорогу. Мимо проносились неоновые огни различных баров, и я опустила стекло, впуская легкий ветерок. Глубоко вздохнув, я нервно перебирала бахрому на шортах и начала рыться в кармане в поисках письма, которое прочитала уже восемьдесят раз с момента его получения три месяца назад. Бумага была помята, но я разгладила ее и улыбнулась, увидев аккуратный почерк отца.
Фаррен,
Словами не передать, как мне жаль.
Ничто не сможет искупить того, что сделала с тобой твоя мать, или, что еще хуже, что сделал я. Я должен был защитить тебя и остановить ее, но оказался трусом. Слишком трусливым, чтобы заступиться за своего ребенка, лишь из-за страха перед скандалом и плохой репутацией компании. Мне стыдно, Фаррен. Мне стыдно, что я закрывал на это глаза все эти годы и что меня никогда не было рядом. Но больше всего мне стыдно за то, что я так и не показал тебе, как горжусь тобой и как сильно тебя люблю.
Когда ты появилась на свет, вокруг царили боль и горе, и я забыл, что такое смех. Когда тебе исполнилось три месяца, я посадил тебя в коляску и мы отправились на прогулку в Центральный парк. Деревья вновь покрылись зеленью, и вернулись первые птицы. Ты лежала, смотрела на все это с удивлением и светилась от счастья. Я поднял тебя на руки и показал пруд с утками. Они ныряли за едой, и каждый раз, когда поднимали головы из воды, ты смеялась так громко, что я не смог сдержать улыбку. Ты стала моим спасением, моим солнечным светом.
Я безмерно горжусь тем, каким замечательным человеком ты стала. Пожалуйста, дай мне возможность наконец стать тем отцом, которым я должен был быть девятнадцать лет назад. Я люблю тебя и надеюсь, что ты дашь мне этот шанс. Прости, что не смог связаться с тобой раньше. Сначала мы с Синтией пытались разобраться в сложившейся ситуации, но было непросто вытащить ее из дома. Сейчас она живет в Нью-Джерси и, насколько мне известно, работает в супермаркете. Я пойму, если ты не захочешь присутствовать на суде, но мне было бы приятно тебя увидеть.
Я надеюсь, что ты со мной свяжешься. Эти деньги не являются взяткой, но я хочу немного облегчить начало твоей новой жизни в Майами.
Я люблю тебя и всегда любил.
Надеюсь, мы скоро увидимся.
— Папа.
Харлан резко затормозил. Я подняла голову, убрала письмо обратно в карман и прищурилась. В темноте было трудно что-либо разглядеть: белые дома, пальмы, но ничего не казалось мне знакомым.
Я решила позвонить отцу позже. Сначала мне нужно было понять, что задумали парни.
Харлан вышел из машины и открыл для меня дверцу. Я подавила улыбку — не хватало, чтобы он протянул мне руку.
Он наклонился к машине и достал с пассажирского сиденья черную толстовку с капюшоном.
— Она тебе понадобится.
— Зачем?
Вместо ответа он вытащил телефон из кармана пиджака, что-то набрал на экране и поцеловал меня в щеку.
— Кей выйдет на связь.
Улыбка на моем лице угасла.
— Он выйдет на связь? Ты с ума сошел?
С чего эти идиоты решили, что мне хотелось стоять здесь и ждать звонка от Кирана?
Он сел на водительское сиденье, опустил стекло и завел двигатель.
— Рад, что ты остаешься в Майами. Теперь ты одна из нас, детка.
Я нахмурилась, но прежде чем успела ответить, он надавил на газ и умчался. Я осталась стоять на месте, размышляя о том, что Киран задумал на этот раз.
— Одна из нас, — пробормотала я. Из уст Харлана это звучало одновременно странно и правдоподобно. Теперь я действительно была одной из них.