— Моя Сильви любила говорить, что небольшой конфликт делает остальное только слаще, — говорит Роберт.
— И мы действительно любим сладкое, верно, Зейн? — выговаривает Харлоу, хлопая ресницами, и ее рука опускается и для выразительности поглаживает мою задницу.
— Верно, — покашливая, говорю я. Мне нужна причина отстраниться от Харлоу и ее слишком теплого тела.
— Молодец, — отвечает Роберт с широкой улыбкой, пытаясь подражать моему акценту. — Вы ведь так говорите, приятель?
— Все так, да, — отвечаю отстраненно. Не могу перестать думать о том, как выбраться из этой ситуации.
Зейн Филлипс не из тех, кого можно загнать в угол, обмануть или принудить вообще к чему-либо. Я даже не могу сосредоточиться на том, о чем говорят Роберт и Харлоу, что планируют или замышляют, потому что с каждой секундой мой гнев выходит на новый уровень.
Будут ли трудности в работе с Харлоу? Черт, нет.
Буду ли я возмущаться каждую минуту, что она перехитрила меня? Твою мать, несомненно.
То, что началось как игра в превосходство друг над другом — соревнование, — в итоге и надрало мне задницу, не так ли? Меня поимели, и я не получил от этого ни капли удовольствия.
— Роберт Уэйз? Это ты? — раздается голос слева от нас, даря возможность сбежать.
— Прости, нам еще нужно пересечься с парочкой знакомых, — говорю я Роберту, сжимаю локоть Харлоу, и увожу нас от посторонних ушей.
ГЛАВА 10
Харлоу
— Ты, нахрен, из ума выжила? — рычит Зейн.
Мы оказываемся в том самом крытом коридоре, где я впервые увидела его сегодня. Я вырываю свою руку из хватки Зейна.
— Нет. Вообще-то я думаю, что была чертовски сообразительна. Пришла на вечеринку и нашла новую работу. Разве это не то, что ты предложил мне? Что тут будут возможности, которыми я смогу воспользоваться?
— Да, так и есть. Но не мной! Не моими возможностями.
— Что не так? Не ты ли только что играл в свою собственную игру, приятель? Это я видела? Ты пытался сделать из нас пару, чтобы вышвырнуть меня, но — вот незадача — это еще больше укрепило сделку? — Я невинно пожимаю плечами вопреки сарказму в голосе. Мне нравится наблюдать, как с каждой секундой растет недовольство Зейна: как нахмурены брови, как дергается мускул на челюсти, как напряжены губы.
— Ты хоть представляешь, что натворила? — Зейн бросает взгляд через плечо, чтобы убедиться, что никто не слышит наш разговор, и мы перемещаемся и оказываемся под покровом ночи.
— Ага, я спасла твою задницу, — фыркаю я. Совсем не как леди. Манеры не идут в комплекте с дорогущим платьем. Но мне плевать.
— Мою задницу? — Смешком Зейна можно воду заморозить. — Я прекрасно справляюсь со своей задницей сам, спасибо.
— На самом деле, не справляешься, — говорю я, делая шаг к нему. — К твоему сведению, Роберт признался, что не доверяет тебе. Он был обеспокоен твоей мотивацией — что тебя заботит лишь денежная сторона вопроса.
Выражение лица Зейна говорит, что он верит мне и испытывает аналогичные сомнения.
— Меньше всего мне нужно, чтобы ты вмешивалась в мои деловые отношения. — И снова на Зейне маска высокомерия. Она словно бронированный щит, скрывающий от окружающего мира его эмоции.
— И почему? Боишься, что Роберт услышит, как ты решаешь, какая девушка подойдет на роль твоей фиктивной подружки, чтобы ты мог обвести его вокруг пальца? — говорю я приторно-сладким голосом и поднимаю на него взгляд. — В смысле… Ой-ой, что за чертов кошмар.
Последней фразой я привлекаю внимание Зейна. Его потрясающие зеленые глаза встречаются с моими, и пальцы сжимаются вокруг стеклянного бокала в руке.
— Харлоу…
Я склоняю голову набок.
— Так что, ты мой должник.
Его улыбка, в лучшем случае, холодная.
— Ты играешь с огнем.
— Не-а, скорее, управляю пламенем, что ты разжег. — Я знаю, что веду себя по-детски, но так приятно видеть, как расслабляется мышцы его рта, как ни единого словечка не срывается с его губ. — Я также спасла тебя от огромной ошибки из-за секса с Симоной, ради которой ты хотел выгнать меня из проекта, и от Роберта, который поймал бы тебя на лжи.
— Я взрослый мужчина и могу спасть, с кем захочу.
Я хрипло смеюсь.
— Только не сейчас, когда ты нашел любовь всей своей жизни. Что бы подумал бедный Роберт, если бы узнал, что ты трахаешься с другой женщиной, предположительно находясь в отношениях со мной? Я не думаю, что ему это понравится. — Медленно качаю головой, наслаждаясь его исказившимся от недовольства лицом. — Ты бы не возненавидел себя за то, что твой план провалился? Что ты пытался завалить меня…
— Если бы я пытался завалить тебя, то определенно добился бы успеха, — и ты была бы в гораздо более хорошем настроении.
— Не будь кретином.
— Благодаря этому я и прославился, дорогуша.
Мы ведем безмолвную борьбу, глядя друг на друга, пытаясь понять, что нам теперь делать.
— Это легко поправить, — говорит Зейн низким голосом. — Скажи Роберту, что ты не можешь принимать участие в проекте. Твоя мать больна. Твоя собака умерла. Ты нашла работу получше. Без разницы.
— И что? Отдашь работу Симоне? — Я смотрю за плечо Зейна на толпу и нахожу взглядом женщину, которую он ранее нахваливал. Она потрясающе красива во всех смыслах: волосы, тело, губы, стиль. — Разве не она всем рассказывает о своей работе, и как она едва уложится в график, если станет рекламным лицом? Эта Симона? Она переживет, Зейн. И я избавлю ее от душевной боли из-за того, что ты просто поиграешься с ней, пока она будет думать, что между вами и правда есть что-то большее.
— Ты действительно кусок…
— Осторожнее с тем, что ты говоришь о своей девушке, Зейн. — Мой оппонент скрипит зубами, и я закатываю глаза. — Ох, пожалуйста…
— Ты можешь заткнуться? — рычит он.
— Нет. Это всего одна фотосессия. Невелико дело. Это меньшее, что ты можешь сделать…
Прежде чем я успеваю закончить предложение, губы Зейна опускаются на мои. Я чувствую жар, огонь и искры злости на его языке. Они на мгновение оглушают меня, и я пытаюсь удержаться на своих ногах… но, черт возьми, этот мужчина умеет целоваться.