Неторопливо принимаю душ и привожу себя в порядок, чувствуя себя нормальным человеком, затем открываю дверь и вижу Зейна, сидящего со скрещенными ногами на кровати с открытой книгой-раскраской и карандашом в руке.
Есть что-то в нем, — этом влиятельном деловом мужчине — сидящем в спортивных штанах, раскраивающего изображение Скуби Ду, что растапливает мое сердце.
— Зейн?
— Тебе лучше?
— Намного. Ты привез сюда все мои вещи.
— Это меньшее, что я мог сделать.
Я просто стою в дверном проеме и смотрю, не в силах пошевелиться, не в силах помешать своему сердцу выпрыгнуть из груди и упасть на пол.
Зейн отрывается от своего занятия и, когда видит, что я стою на месте, замирает.
— В чем дело? — спрашивает он.
— Я… Я… — «Я влюблена в тебя, — хочу сказать я. — Абсолютно нелепо влюбиться за такой короткий промежуток времени, но я думаю, что именно это и произошло», но вместо этого говорю ему: — …я просто хотела поблагодарить тебя за заботу обо мне.
Тупица.
— А что, по-твоему, я должен был делать? Бросить тебя на произвол судьбы?
Боже, эта улыбка сводит меня с ума снова и снова.
— Нет, но… Я знаю, что ты безумно занят работой и это…
— Что ты подразумеваешь под «это»? Сострадание? Семейная жизнь? Игра в медсестру?
— Все вышеперечисленное, — мягко улыбаюсь я, — не типично для тебя.
— Но для тебя — да, — говорит он, задерживая на мгновение мой взгляд, а затем возвращается к своей картинке и начинает раскрашивать.
Неспособная заговорить, я некоторое время смотрю на него, прежде чем забираюсь в постель и просто наблюдаю. Позже, когда я засыпаю, — моя рука покоится на его животе, щека на груди, а губы снова целуют меня в лоб, — то знаю, что мне конец.
ГЛАВА 40
Зейн
— Роберт! Рад тебя видеть. — И это правда, — в этот раз — потому что он больше ничего сможет выкинуть или заставить нас сделать, ведь осталось всего несколько дней до окончания промо-тура.
Роберт пересекает вестибюль и протягивает мне руку для рукопожатия.
— Отлично выглядишь, — говорит он, широко улыбаясь.
— Благодарю, — отвечаю я, решительно кивая. Мы садимся за мой столик в баре. Он современный, изящный и отражает все, что связано с Нью-Йорком: стиль, историю города, множество людей, страстно обсуждающих любую тему. — Я пережил эту поездку на автобусе почти сквозь всю страну и не сошел с ума. Я в Нью-Йорке. И SoulM8 вот-вот достигнет цифр, которых мы и представить не могли.
— Они просто невероятные. Я с нетерпением жду официального запуска, чтобы посмотреть, какие цифры мы зафиксируем. — Роберт поднимает палец в сторону бармена и после того, как заказывает нам напитки, поворачивается ко мне. — Я имею в виду, то количество внимания, что мы привлекли к этому сегменту рынка, превзошло мои самые смелые прогнозы. Цифры, которые ты мне прислал, потрясающие, а официальный запуск состоится только завтра.
Думаю о нерассмотренном количестве подписок, ожидающих запуска, обо всех положительных отзывах, что получили после еще одного раунда бета-тестирования, и финансист внутри меня приходит в восторг.
Я поднимаю свой бокал, чтобы чокнуться с ним.
— Твое здоровье, приятель. Многим из этого мы обязаны тебе. Твоим идеям. Твоим связям. Даже тому, чему я сопротивлялся. Спасибо тебе за это. Это действительно был незабываемый опыт.
— Опыт, который ты не хотел получать.
Медленно киваю и делаю глоток своего напитка.
— Верно… но, в конце концов, ты был прав. Продвигая нас как пару. Устраивая нам реалити-шоу. Люди привязались к нам, а мы, в свою очередь, заинтересовали их платформой.
— Уверен, ты проклинал меня пару раз.
— Возможно.
Роберт смеется.
— А как Харлоу относится ко всему этому?
— Я не могу говорить за нее, но думаю, она рада приобретенному опыту. — Это был странный вопрос, и есть что-то такое в его голосе, что я не могу распознать.
— Она здесь?
— В данный момент — нет. Подумал, раз уж мы здесь, в Нью-Йорке, я мог бы отправить ее к моей подруге в IMG Models, чтобы та дала ей какой-нибудь совет.
— Ты говоришь это так, словно больше не собираешься с ней видеться. Насколько я знаю, у IMG есть офис и в Лос-Анджелесе.
Он, черт возьми, все подмечает, да?
— Да, есть, но в этом офисе работает мой друг. Она предложила дать ей несколько советов, а в этой отрасли помощь опытного человека, не стремящегося подставить тебя, на вес золота.
— Как и в любом деле.
— Верно.
— Харлоу хороша в том, чем занимается.
— Так и есть, — киваю я.
— Отправить ее в IMG — верный способ потерять.
— И что это значит? — спрашиваю я и ненавижу, когда появляется внезапное ощущение стеснения в груди, вызванное его словами. Осознание того, что все это путешествие практически окончено. Что больше я не буду просыпаться рядом с Харлоу каждое утро и засыпать каждую ночь. Не буду смотреть на окружающий меня мир по-новому, захватывающе — словно другой парой глаз.
Эта странная, новая нормальная жизнь, к которой я привык, закончится.
— Она хороша в том, чем занимается, — оставаться самой собой. — Роберт на мгновение опускает взгляд на остатки напитка в своем бокале, прежде чем снова посмотреть на меня. — Ты не хуже меня знаешь, что Харлоу расхватают быстрее, чем мы думаем. Как ты собираешься справляться с разлукой?
Я стискиваю зубы, потому что только об этом я и думал последние несколько дней… каково быть вдали от нее.
Клянусь богом, Роберт будто знает, что все это было фальшивкой, и дразнит каждым новым вопросом.
Я неторопливо оглядываю бар, прежде чем ответить.
— Потребовалось так много времени, чтобы найти ее… Если этому суждено произойти, приятель, тогда мы справимся со всем вместе.
— Это так, но позволь мне дать тебе небольшой совет, — он наклоняется немного ближе, — если ты не хочешь потерять Харлоу и планируешь удержать, я бы посоветовал тебе составить контракт, который она рано или поздно подпишет.
— Если я «планирую удержать» её? — переспрашиваю я со смешком.
— Для SoulM8, конечно же. — Он тоже смеется.