Дэйзи хмурится. Она помнит, как Мартин рассказывал ей, что его дядя врач. Именно из-за него он решил пойти в медицинский, но Дэйзи не уверена, что упомянутые бланки дядя дал Мартину по собственной воле. Хорошо ли она знает Мартина на самом деле? Может, и у него, как и у всех в этой комнате, есть свои секреты, которыми он просто не желает делиться с ней?
А ещё Дэйзи отмечает про себя, насколько хладнокровно ведёт себя Мартин. Если она теряется в происходящем, то он спокойно принимает и сложившуюся ситуацию, и реакцию брата, и даже порез, нанесённый ему Олли. Дэйзи же стоит огромных усилий держать себя в руках. Всё происходящее до чёртиков пугает, а особенно взгляды, которые на неё украдкой бросает Олли.
– Приглядите за пациентом, он первые часы должен быть под постоянным присмотром. Рана всё же серьёзная. И я не могу отвечать за результат, если он препятствует лечению.
Раздав указания, Мартин быстро выходит из подсобки и проходит через зал, хватая со стула кожаную куртку, которую, видимо, кинул сюда, когда они пришли. По тому, как Ноэл за ним рванул, Дэйзи догадывается, что брат не доверяет Мартину.
Ноэл опасается, что доктор-недоучка может слить информацию полиции, и тогда начнётся разбирательство, поэтому он устремляется за ним, бросая на ходу Дэйзи:
– Присмотри, пожалуйста, за Олли – Стэна он недолюбливает.
– Ноэл! – кричит Дэйзи, бросаясь к входной двери, но парни уже выходят на улицу. И она не слышит две важные фразы, которые перекрывает звон колокольчика на входе.
– Ты бросишь своего друга на сестру? – усмехнувшись, спрашивает Мартин.
– Я тебе не доверяю, дружок, – Ноэл тыкает ему в спину пистолетом через карман толстовки. – Давай без глупостей – тебя зашивать никто не будет.
Дэйзи ещё пару минут смотрит через окна бара на то, как Мартин и Ноэл отходят к машине и садятся в неё, оставляя её одну с незнакомцами. Хотя брат не бросил бы её, если бы не был в них уверен. Но Дэйзи всё равно не отпускает чувство опасности.
Это место в принципе не вселяет в неё уверенность. Разбросанные банки из-под пива, окурки под столами и мусор, оставленная еда на тарелках, застоявшийся запах сигарет, дешёвого алкоголя и пота. По телу пробегают мурашки. Она даже не знала, что Ноэл предпочитает такие заведения. Может, она уже многое не знает о брате?
На коже как будто ещё ощущается его прикосновение, тепло его руки, и это успокаивает. Успокаивает настолько, что Дэйзи пока может не думать о том, что последнее время происходят события, которые только всё путают в её голове. Она привыкла к стабильности, к размеренности происходящего. Теперь же её жизнь выходит за рамки, бросая в какую-то пучину, шанс на выживание в которой так мал.
Да, она не дала договорить Ноэлу про тот вечер. Только нужны ли были эти объяснения? Разве в душе она не знала, что он скажет? Глупой она не была, а вот трусихой – да. Признание бы подтолкнуло их к… К чему?
Дэйзи сжимает виски, надавливая на кожу и оставляя красные круги от пальцев. Ответ не приходит ей в голову – он сидит слишком глубоко. Или она просто хочет убежать от реальности: скрыться, спрятаться в безопасном месте. Но вместо этого, видя в каком Ноэл состоянии, она не придумала ничего лучше, как обнять его. Он нуждался в этом, в убежище её рук. Может, Дэйзи плохо знает себя, но понимает, что брат воспринимает их отношения несколько иначе.
А что чувствует она? Сумятица в голове настолько огромна, что невозможно вытащить ни одной дельной мысли. Дэйзи категорически не знает, что думать. Все её порывы к брату – это чистое чутьё, она просто знает, когда нужна ему. Когда они вместе, как будто складывается пазл.
Их чувства не головоломка. Просто Дэйзи пытается всё усложнить, специально уводя своё сознание в другую сторону от ответа, который знает. Который знала и раньше.
– Эй, может, кто-нибудь подойдёт ко мне? Не дай бог ведь коньки отброшу, – слышится за дверью, и Дэйзи вспоминает, что Олли ранен, и его нельзя оставлять одного. Только она боится: друг брата вселяет в неё ужас своим взглядом. Такое чувство, что он ненавидит её. Но за что? Она его видит первый раз в жизни.
Дэйзи отворачивается от окна, замечает бармена за стойкой. Он нервно улыбается ей, пожимая плечами и натирая стакан полотенцем.
– Хочешь, я пойду? – спрашивает Стэн.
– Только, блять, подойди ко мне, гондон! – кричит Олли из подсобки.
– Когда же он уже сдохнет? – ворчит в ответ Стэн. Только видно, что говорит он это не всерьёз.
– Я всё слышу! Ну давай, принцесса, иди сюда! Я тебя вряд ли обижу в таком состоянии.
Дэйзи медленно следует к двери, перешагивает порог, замирает, рассматривает парня на ящиках внимательнее.