Парень почувствовал, что что-то произошло в их случайных отношениях, но вразумительного пояснения так и не нашел. Девушка то подымала голову и смотрела на него, то снова укладывала ее на его грудь. Стрелки часов ушли далеко за полночь. Подвешенный карманный фонарь отдал свои последние лучи и потух. Они уснули в объятьях, что-то не договорив и недосказав друг другу, оставив разговор на потом.
Когда первые утренние лучики солнца стали пробиваться сквозь соломенные двери, Рябинцев открыл глаза. Девушка крепко спала, прижавшись к парню, разбросав каштановые волосы по его плечу. Ее левая рука обнимала его за шею, а отвернувшийся рукав свитера, словно змея, лежал на соломенном полу. Он осторожно освободился из ее объятий, чтобы не разбудить, после чего вылез наружу. Небо было чистым и голубым. Стояла утренняя прохлада. Из березовой рощи доносился звонкий щебет птиц. Время на мобильном телефоне показывало 6:55. Рябинцев поднял голову и глубоко вдохнул свежий воздух, затем, достав нож, направился к березовой роще. Там срезал несколько веток, и, возвратившись, устроил примитивную сушилку. Далее скинул с себя сырую куртку и стал развешивать на перекладину.
Сзади тихо подошла Лариса и обняла его обеими руками.
– Привет!
– Привет!
– Что делаешь?
– Надо просушиться! Неси свою курточку! – попросил он.
– Сейчас принесу.
Пока Рябинцев возился со слабыми опорами несложной конструкции и пытался закрепить их получше. Лариса вернулась, передала ему свою курточку, а сама снова прижалась к нему сзади, обхватив его руками.
– Сейчас бы горячего чаю, – вдруг высказала она свое желание.
– Ну, разве что только с бутербродами, – поддержал ее Александр.
– Я согласна с бутербродами,– повторила девушка.
– Хорошо приедем ко мне я тебя накормлю, – серьезным тоном произнес Рябинцев, намекая на продолжение их общения.
– Ты в деревне живешь?– спросила она.
– Нет в городе! Это мои родители живут в Кутузовке.
– Едешь повидаться?
– И проведать и помочь по хозяйству. На работе собрал отгулы, отпустили на недельку.
– Познакомишь с родителями? – заигрывающе произнесла Лариса.
– Ну конечно! – улыбнулся он.
Девушка наклонилась поближе к уху и прошептала:
– А ты мне сегодня снился!
Ее голос, неожиданно прострелил его сознание. Он быстро поднялся и повернулся к ней лицом.
Рябинцев смотрел в лицо девушки и не верил своим глазам. Словно с заставки телефона, на него смотрела актриса Стрижанова. Он почувствовал, как его внимание расплывается, и он тонет в блеске ее сияющих глаз. Его взор, словно солнечный зайчик, тут же поплыл вниз, скользнул по ее груди, и уткнулся в ее белые кроссовки. Головы он больше не подымал и стоял как вкопанный.
В своей незнакомке он узнал ту самую актрису театра и кино Стрижанову. Он давно был тайным ее поклонником и безмерно восхищался и актерским талантом, и ее безумной красотой. Но самым сокровенным было то, что он любил эту девушку безмерно, о чем боялся признаться даже самому себе.
– Узна-а-ал!– протяжно произнесла молодая актриса, расплываясь в улыбке, – Прости, я хотела тебе рассказать о себе еще вчера, но когда увидела свою фотографию у тебя на мобильном телефоне, все поняла! Если бы ты сразу узнал кто я, ты бы ко мне и не прикоснулся, а я бы замерзла! Ведь так?– откровенным тоном говорила девушка.
Пытаясь осознать, что это не сон, Рябинцев начал ходить из стороны в сторону, держась за лоб руками.
– Как обухом по голове! Может, я сплю?
Стрижанова, громко рассмеялась, поправляя сохнувшие куртки. Время от времени она бросала взгляды в его сторону, прекрасно понимая, что парню нужно время, что бы осознать неожиданный поворот, и прийти в себя. Но судя по его растерянному виду, случившееся никак не хотело укладываться в его голове. Походив еще кругами, он уселся у скирды, и посмотрел на Ларису.
Он пытался как-то связать в своем сознании, ту возвышенную и недосягаемую Стрижанову с телефона с той, которая находилось рядом. Для него это были прочему-то совершенно разные люди. Этого парадокса он не понимал. Далее перед его глазами навязчиво замаячила картина, на которой, в окружении цветов и многочисленных поклонников, стояла Лариса и раздавала автографы. Это видение почему-то стало отдалять его от ней все дальше и дальше. И вот он уже стоит в последних рядах благодарных зрителей и пытается подняться на носки, что бы на миг увидеть ее образ.