— Всё в порядке, лёгкие чистые, — наконец сказал доктор, делая заметки.
Я покраснела ещё сильнее, когда доктор попросил:
— Покажите горло, пожалуйста.
Я чуть наклонила голову, открывая рот, ощущая, как взгляд Паши всё ещё висит на мне. Его присутствие делало каждое движение неловким и тяжёлым.
— Отлично, — сказал доктор, продолжая осмотр. — Теперь давайте измерим температуру.
Он аккуратно взял градусник, и я почувствовала, как напряжение в груди усиливается. Каждое движение, каждая команда врача сопровождались ощущением, что Паша видит меня насквозь.
— Не дышите слишком резко, — тихо сказал доктор.
Я старательно подчинялась, но дрожь в теле не утихала. Паша стоял рядом, не двигаясь, словно его цель была не только в том, чтобы я получила помощь, но и в том, чтобы наблюдать, как я себя чувствую.
— Температура слегка повышена, — отметил доктор, — нужно больше отдыхать и пить тёплую воду. Я напишу список лекарств и распишу, как их принимать. На этом всё, выздоравливайте.
Я тяжело вздохнула, чувствуя, как напряжение постепенно спадает. Тело устало, но чувство смущения от присутствия Паши не уходило.
Доктор собрал вещи и направился к двери, не забыв бросить короткий совет:
— Постарайтесь больше отдыхать, не напрягаться.
Как только дверь закрылась, Паша снова оказался рядом. Его взгляд был внимательным и чуть холодным.
— Дай мне список врача, я пойду в аптеку, — сказала я Паше, стараясь сохранять спокойный тон.
Он молча подошёл к комоду, что-то достал и медленно двинулся в мою сторону. Его взгляд остановился на моих глазах, и я не смогла отвести взгляд. В его глазах была полная тьма.
Темные волосы, рельефное тело, белая футболка, которая подчёркивала каждую мышцу… Я невольно оцениваю его, а он словно читал мои мысли.
И вдруг, прежде чем я успела моргнуть, он схватил мою руку. В один момент моя рука оказалась приковaнa к трубе, которая стояла возле дивана, наручники плотно обвили запястье.
— Что… — выдавила я, голос сорвался, а сердце бешено колотилось. — Ты что… Паша?!
Он тихо усмехнулся, его тёмный взгляд не отводился от меня.
— Спокойно, — сказал он, почти шёпотом, — Не хочу, чтоб ты сбежала, пока я пойду в аптеку.
Я замерла, ощущая, как дрожь проходит по всему телу. Сердце стучало так, что казалось, его слышат все стены квартиры.
— П-паша… — выдавила я, стараясь не показать, как сильно боюсь. — Это… слишком…
Он только тихо усмехнулся, сжимая наручники на моей руке чуть сильнее.
— Расслабься, — сказал он ровно, — тебе не навредят. Просто посиди здесь.
Я посмотрела на него, и в глазах его снова была эта тьма, смешанная с чем-то непостижимым. И одновременно — странная, болезненная уверенность, что он полностью контролирует ситуацию.
Каждое движение, каждый звук казались теперь усиливающими чувство уязвимости. Наручники на руке, его взгляд — и я понимала: сейчас я полностью зависима от него.
Он ушел в аптеку. Рука в наручниках немела, а тело хотелось растянуть и расслабить, но невозможно было пошевелиться. Я чувствовала себя запертой, уязвимой и одновременно странно зависимой от него.
С минуту я просто сидела, слушая тишину, но каждый звук отдалённой улицы или скрипы квартиры казались слишком громкими. В голове прокручивались мысли: «Он скоро вернётся… Что он сделает дальше? Почему это происходит?»
Я пыталась сосредоточиться на дыхании, на ощущениях своего тела, на том, что доктор сказал о лекарствах и покое, но тревога была сильнее. Паша оставил её в наручниках, и теперь она понимала: время в одиночестве только усиливает ощущение уязвимости, еле успела сесть поудобнее на диван, когда раздался звук ключа в замке. Сердце застучало быстрее.
Дверь открылась, и Паша вошёл с пакетом в руках. Его взгляд сразу упал на меня, и я почувствовала, как щеки снова пылают.
— Смотрю, не скучала, — сказал он тихо, но в его голосе слышалась лёгкая насмешка. — Надеюсь, не пыталась сбежать?
Я опустила глаза, чувствуя, как руки дрожат в наручниках.
— Н-нет… — выдохнула я, стараясь не смотреть на него.
Он шагнул ближе, положил пакет на комод и наклонился так, что его лицо оказалось совсем рядом.
— Хорошо, — сказал он, медленно проводя взглядом по мне. — Но тебе нужно понять: эти наручники здесь не просто так. Они напоминают, что пока я рядом — ты безопасна… и под моим контролем.
Я сжала губы, пытаясь справиться с дрожью и страхом. Сердце колотилось так, что казалось, его слышит весь мир.