И вот я продвигаюсь все дальше и дальше, и все больше разочаровываюсь. Трачу понапрасну время, пока не замечаю огненно-рыжую голову Лисичкиной. А рядом с ней вижу...
Она словно богиня. Словно сон наяву. И я иду как на свет маяка, не могу отвести взгляд и вмиг тону, когда наши взгляды пересекаются.
Кто она такая?
Чувствую, как сердце гулко ударяется в грудной клетке о ребра, как становится душно и трудно дышать. Приближаюсь и не сразу замечаю, как передо мной возникает Лисичкина, которая трясет рыжей шевелюрой, что-то мне говорит, а после и вовсе поднимает руку, чтобы помахать ладонью перед лицом.
— Ого, Воронцов! — восклицает рыжее недоразумение, посмевшее отлечь меня от созерцания самой красивой девушки на свете. — Привет!
Я часто моргаю и переключаю внимание на Лисичкину, упустив момент, когда красотка неожиданно исчезает.
— Привет, — отвечаю, чувствуя, как внутри разливается раздражение.
— А мы тебя не ждали.
— Мне об этом каждый первый сказал, — пытаюсь улыбнуться, но от раздражения дребезжит голос. Лисички не обращает внимания, продолжая тараторить.
— Ты не ответил на сообщение, потому мы решили, что ты не приедешь. Ты же вроде бы жил где-то за границей.
Пожимаю плечами, не обращая внимания на тон, которым Лисичкина со мной разговаривает. Она явно не рада видеть меня здесь, хотя зачем тогда звала?
— Жил всего полгода, — поправляю ее, но рыжее недоразумение игнорирует мои слова, продолжая стоять передо мной. И ведь не уйти просто так.
— Все равно нужно было предупредить, что приедешь. У нас же стол заказан строго по количеству, — ворчливо сообщает она, и тут-то я понимаю, что меня точно не ждали, а приглашение отправляли лишь потому, что иначе выглядело бы это как встреча избранных. И с каких пор я выпал из этой касты?
Перевожу взгляд за плечо Лисичкиной, пытаясь отыскать «ту самую», как она вновь меня одергивает, продолжая рассуждать о приглашениях, количестве столовых приборов и блюд, и я, не выдержав, закатываю глаза и выдыхаю.
— Не переживай ты так. Я же сюда не поесть пришел. Или ты забыла, что моей семье принадлежит сеть ресторанов? Как думаешь, мне негде поесть?
Произношу все таким тоном, что Лисичкина вмиг затыкается и растерянно смотрит на меня. Кажется, я перегнул палку, но отступать уже поздно, хотя можно все свести к шутке. Вот только шутки шутить я не настроен. Последние дни отняли у меня силы, время и желание развлекаться. Я вымотан, на стрессе и никак не могу найти ангела, спустившегося с небес, чтобы вытащить меня из проблем, в которые я вляпался против собственного желания.
— Я скоро уйду, — добавляю, пока Лисичкина просто смотрит на меня, поджав губу. — Заехал повидаться ненадолго.
Она медленно кивает, и мне наконец-то удается избавиться от ее компании. И кажется, я теперь начинаю припоминать эту девчонку, хотя никогда не знал ее имени. Тогда ее волосы не были такими огненными, а была Люся серой мышкой, каких в нашем классе насчитывалось человек пять. Поэтому-то я ее и не помнил, потому что серые мышки никогда не интересовали меня.
Оставляю позади себя Лисичкину и направляюсь на поиски другой. Той, которая забрала все мое внимание и мысли, но найти никак не могу...
***
Люся была права — я на вечере встрече одноклассников как на балу дебютанток. При этом оказывается, что мой лот самый лучший. Опять же по заверениям подруги. Я же себя не считаю лучшей среди одноклассников, потому что со своей самооценкой пока воюю, не позволяя лести и комплиментам затмить разум.
В ресторане, который мы забронировали для встречи, полным-полно одноклассников. Все приехали, как и обещали. Люся едва не раздувается от важности, то и дело стараясь, чтобы всем было комфортно. Я таскаюсь следом за ней, потому что оставаться одна опасаюсь. Мне кажется, что остальные смотрят на меня как-то странно. Кто-то, кстати, не скрывает интереса и подходит со мной пообщаться, отмечая, как сильно я изменилась. Кто-то не узнает, а когда я представляюсь, с изумлением рассматривает меня и качает головой. Кажется, мои кардинальные перемены вызвали шок почти у всех. Не знаю, хорошо это или плохо, так как в голове пока стоит туман, но Люся, утащив меня в закуток, нашептывает, чтобы я так не переживала и наконец-то получала удовольствие от вечера, а не грызла себя сомнениям.