— Уверен, — говорит куда-то в область моей шеи, так нежно, так хорошо. Я не шевелюсь, позволяя его рукам поглаживать мой живот, а бессовестным губам целовать мою шею, лицо, шептать нежности в ушко.Откидываю голову назад и накрываю его ладони своими. Препятствовать ему у меня нет желания. Пусть целует, пусть обнимает, пусть. Я хочу быть рядом, и я готова поклясться ему в чем угодно сейчас. И мы клянёмся оба, клянемся в вечной любви, доверии, верности.А потом Аслан привозит меня домой. Еще не поздно, но нам надо расстаться, иначе можно наломать дров.
— Как погуляли? — спрашивает мама, она нервничает, заметно и ей совсем нет дела до того, как прошёл мой день, она спрашивает просто из вежливости.-Хорошо, — опуская в букет пылающие щёки, отвечаю ей.-У Нафисат очень тонкий вкус, букет прекрасен. — Спасибо.Больше друг на друга времени мы не тратим, мама уходит к себе, я к себе.
Словами не передать те ощущения, которыми я наполнена. Счастье? Наверное оно такое! Кружусь по комнате с цветами, несколько раз за вечер меняю им место. Прокручиваю в голове каждую секунду сегодняшнего дня, придумываю ответы, там, где ответить не смогла. И конечно мечтаю...Так в мечтах укладываюсь в кровать, сон быстро берёт свое, не проходит и десяти минут, как я засыпаю.Резкие звуки доносящиеся с улицы, сигналят машины, много машин, прожектора освещают дом, проникают даже в мою комнату, бьют по глазам.
Слетев с кровати, подлетаю к окну и не понимаю, что там происходит. Толпа мужчин вокруг нашего дома, мамин плач, крик брата.-Что происходит? — выбегая к ним на улицу кричу я.-Мия, в дом! — рычит мама, брат вцепился в ее ногу и не отпускает, прожектор обдает меня светом, зажмуриваюсь.-Ух, какая, — слышу мужской гогот, — Может разрешит нам хозяин, я бы не отказался ни от матери, ни от дочери.-Я второй в очереди!-Третий!-Мия, иди в дом, одевайся! — раздается снова мамин приказ, он звучит намного твёрже и громче, чем лай, собравшихся здесь отморозков.
В этот момент прожектор наводится на маму, от увиденного я прирастаю к земле.Мама бросается на колени, брат падает вместе с ней, мама причитает у ног мужчины, хватает его за брюки, а он, он даже не смотрит на нее. Он вообще ни на кого не смотрит, стоит, словно статуя, грозный, злой, чужой. Словно это не тот Аслан, что сегодня клялся мне в любви, клялся беречь меня, защищать, он другой сейчас. Жестокий. Нет, не верю в то, что происходит, сама кидаюсь к нему в ноги.-Аслан, — зову его, — Аслан, посмотри на меня, пожалуйста!-Мия, в дом! — срывается мама.
— Аслан, как ты можешь! — реву, срывая голос, пытаясь докричаться до него, но все бесполезно.Взглядом Аслан отдаёт команду и меня оттаскивают от него, швыряя в сторону крыльца.-Иди, пакуй чемоданы! — усмехается мужчина, — Слушайся мать, собирайся и бегите отсюда, бегите, как можно дальше и никогда не возвращайтесь.Меньше чем через час, мы с пожитками, которые успели подобрать с земли, плетёмся под дождем к выезду из города.Брат ревет, бесконечно пытаясь задавать маме вопросы, та молчит, плачет, отчаянный взгляд. Ей тяжелее всех, она ответственна за нас.
— Где папа? Почему он нас не защитил! — истерит брат.-Папы больше нет, — тихо, безэмоционально отвечает она, обнимая нас обоих, — Ничего, скоро солнце встанет, дождь пройдёт, и жизнь наладится.
Глава 10
Домой возвращаюсь промокший до нитки и злой. -От тебя несет яростью! — подмечает отец, когда появлюсь в гостиной.Знаю я чем от меня несет.Мой пыл не угас, а мозги не охладели даже под проливным дождём. Я просто стоял там и охреневал сам над собой. Мужик этот. Сидят, обнявшись, ручки он ей наглаживает. Старпер. Впервые руки так чесались шею обоим свернуть.Я никогда не ревновал, даже сестру к родителям, не говоря уже про женщин. Сегодня же, словно черт в меня вселился.Прохожу к бару, наливаю себе стакан коньяка. Пью залпом.
Моя тяга к ней пугает. Наказать хотел до жути, так наказать, чтобы раз и навсегда усвоила- никаких мужиков рядом! Только я.И там, в этой подворотне, словно одержимый, присвоить хотел. Почти присвоил. Если бы не сбежала.Упрямая!Мое сообщение прочитано, ответа на него нет, и именно факт того, что меня игнорят не дает потухнуть моей ярости.Где она? Как добиралась до гостиницы? Она была такой потерянной, когда сбегала.-Все нормально, — продираю горло.