— Ты за мной следил что ли?
— Мне нужно было с тобой поговорить, но связавшись с твоим отцом, узнал, что ты не вернулась домой и решил найти сам, — объяснил волк.
— Так сильно пахну, что сразу нашел? — спросила я, доедая последнюю ягоду.
— Слишком… — он прикрыл глаза, втягивая запах. — Ваниль с легким ароматом морского бриза…
— Вау… звучит как… название для освежителя воздуха.
— Ты всегда ломаешь момент? — он всё же засмеялся.
— Само вырывается, никак не научусь себя контролировать, — с улыбкой ответила я.
Мы замолчали, глядя друг на друга. В этот момент я уловила запах крови и по инерции повернула голову в сторону источника. Продавец уличного лотка порезался и, тихо ругаясь, перевязывал рану. Боковым зрением я заметила, как напрягся Николай. Я с улыбкой повернула голову обратно и посмотрела на него. Вокруг нас кипела жизнь. Люди спешили по своим делам, смешиваясь в один непрерывный поток. Шум проезжающих машин, запахи уличной еды, разговоры, смех — всё это сливалось в единую какофонию, фон для нашего молчаливого диалога. Солнце уже стояло высоко, бросая яркие лучи на столики уличного кафе. Свет пробивался сквозь листья деревьев, отбрасывая мерцающие тени на наш стол.
— Расслабься. Я не какой-то новорожденный, чтобы кидаться на кого-то сразу учуяв кровь. Плюс, я сыта. — Волк вздохнул, но его взгляд остался пристальным, словно он искал в моих глазах ответы на все свои вопросы.
— Кто насытил? — спросил он, его голос был полон напряжения.
— Не важно. Он мертв. Но не от меня, — я ответила, серьезно глядя на него. — Судьба бывает жестока в той же мере, как и любит пошутить.
Николай нахмурился, пытаясь понять смысл моих слов. В его глазах мелькнуло понимание, смешанное с настороженностью.
— Считаешь всё шуткой судьбы? — спросил Николай, его голос звучал сдержанно, но в глазах читалась искра интереса.
— Разве нет? Ты оборотень, более того Альфа, а я вампир. И оба желаем большего, чем просто сидеть и болтать, верно? — я улыбнулась, ощущая, как напряжение между нами нарастает.
— Я ненавидел кровопийц, все мы друг друга не особо жалуем, — мужчина подался вперед, сокращая расстояние между нами. — Но очень сложно бороться с желанием уложить тебя на этот стол и сделать своей.
— Да, будут проблемы с количеством зрителей… — я также подалась вперед и прошептала, едва касаясь его губ своими. Улыбнулась, увидев, как его глаза засияли золотом. — И вряд ли ты захочешь, чтобы такое количество смертных увидели меня голой.
— Зарррррраза… — прорычал он и резко отодвинулся, откинувшись на спинку стула, но не сводя с меня взгляда. Он улыбнулся, его клыки слегка удлинились.
— И тебе это нравится, — усмехнулась я, прикусывая губу. — О чем ты хотел поговорить?
— Покажи мне место, где на тебя напал проклятый, — попросил он, уже успокаиваясь, но я всё ещё ощущала исходящее от него возбуждение. — Может быть, мы что-то упустили.
14
На входе в переулок я замерла. Несмотря на яркий дневной свет, этот уголок города был погружен в тени, которые напоминали о том, как меня застали здесь врасплох. Воспоминания о той ночи всплыли в памяти. Я сделала шаг вперед, внимательно осматривая окружение. В лучах солнца, пробивающихся сквозь высокие здания, мелькали частицы пыли. Возле мусорных баков лежал небольшой мусор, как и прежде, но на одном из баков виднелись глубокие следы когтей проклятого. Вдалеке доносились звуки города — машины, голоса прохожих, но здесь, между тесно стоящими зданиями, все казалось замерло. Легкий ветерок поднимал с земли обрывки газет, которые шуршали, цепляясь за кирпичные стены.
Я медленно продвигалась вперед, стараясь не упустить ни одной детали. С каждым шагом я чувствовала, как нарастает напряжение. Память о том, что произошло здесь, оживала с пугающей ясностью, заставляя меня быть на чеку. Николай шёл следом, его присутствие внушало уверенность, но я всё равно ощущала лёгкую дрожь. Он остановился рядом со мной и внимательно осмотрел следы когтей.
Я подошла к стене, на которой красовалась внушительная вмятина. Часть бетона осыпалась, обнажая кирпичи под слоем цемента. Я хмыкнула, внимательно осматривая повреждение. Провела пальцами по шероховатому краю, ощущая холодную поверхность. Воспоминания о боли от удара вспыхнули в сознании, заставив меня поморщиться.
Каждая неровность под пальцами напоминала о том моменте, когда я врезалась в эту стену. Я медленно провела рукой дальше, останавливаясь на самых глубоких выбоинах, где удар был особенно силен. В воздухе ощущался слабый запах пыли и влажности. Воспоминания накатывали волной, вызывая дрожь, как проклятый внезапно появился из тени. Чувство беспомощности, которое охватило меня тогда, было мучительным.