- Шалим?
- Н-нет, - неуверенно ответила она. Отлично. Я все-таки сумел выбить почву у неё из-под ног.
- Тогда зачем ты так демонстративно выставила свою попку? – шепнул я ей на ушко и легонько прикусил мочку.
- Я…я… - пока она думала, что ответить, я забрался рукой под её юбку и провёл ладонью по бедру. Я готов был заурчать от ощущения мягкости кожи под моей рукой.
- Что ты?
- Я…
- Просто скажи…чего ты хочешь …и я дам тебе это… - на моём лице расцвела улыбка. Ну…давай же скажи…чего ты хочешь….не тяни, ведь наши желания совпадают, подумал я. Тут она резко развернувшись ко мне лицом, подтолкнула столу и сильно ко мне прижалась, а её руки жадно изучали моё тело.
- Тебя, - прошептала она. Мои брови взлетели вверх от удивления. Я тихо пробормотал, надеясь, что она не услышит:
- Не думал, что это будет так легко, - все оказалось так просто … я прямо разочаровался что ли – Ты серьёзно? - В ответ она потёрлась бёдрами о мою уже довольно болезненную эрекцию. На её действия я отреагировал шипением. После она, улыбнувшись, запечатлела на губах невесомый поцелуй, и, не отстраняясь, прошептала:
- МЕЧТАЙ! – ЧТО? и выскользнула за дверь. Я стоял и не мог прийти в себя.
ЧТО. ЭТО. НАХРЕН. ТАКОЕ. БЫЛО?
Из холла послышался смех Беллы. Злость во мне закипала. Меня кинули. МЕНЯ КИНУЛИ! Кричал мой разум. Боже! но как красиво она это сделала … я вылетел из переговорной и помчался в кабинет, не забыв громко хлопнуть дверью. Что со мной творит эта женщина. Из-за неё я веду себя как истеричка. Так надо успокоиться. Но как, если я возбуждён до предела. Как я до кабинета то добрался с такой дубиной в штанах? Мне нужна…
- Мари! Живо в мой кабинет! – проорал я по внутренней связи. Мари - моя секретарша. Эту шлюху поимело пол Нью-Йорка. Она не в моём вкусе, но это лучше чем ничего. Мне по статусу не положено заниматься «рукоприкладством», чтобы снять своё напряжение.
- Ты … что-то хотел, Эдвард?
- Мистер Каллен! Для тебя мистер Каллен! – прошипел я и грубо схватил за волосы. - Запомнила? Повтори.
- Мистер Каллен, - сказала она, едва сдерживая стон. Эта грязная потаскушка любит грубое обращение. Подтолкнув её к столу, велел раздвинуть ноги. Задрав юбку, хотя это назвать юбкой можно было с трудом, сорвал с неё трусики. Мари взвизгнула, а я сильней сжал её волосы в кулак. Она сразу заткнула свой рот ладошкой. Правильно. Спустив штаны вместе с боксёрами, и натянув презерватив, и резко вошёл в неё. Не дав привыкнуть, стал делать резкие толчки. Двигался я быстро и грубо, не пытаясь доставить ей удовольствие. Вскоре я испытал оргазм. Но облегчение не последовало как обычно, моё напряжение только возросло. Чёртова Свон!
- Свободна.
В ответ Мари кивнула и с довольной физиономией вышла из кабинета. Приведя себя в порядок, я последовал за ней. В холле встретил Изабеллу. Я разозлился. Это она должна была сейчас извиваться подо мной, всхлипывать от моих ласк, кричать моё имя, испытывая оргазм, и чёрт её дери, умолять повторить с ней всё заново до потери пульса! Увидев меня, эта сучка улыбнулась и на весь холл разнеслась мелодия её смеха. Ладно, ты выиграла бой, но не войну, Изабелла.
Пятница прошла менее напряженно, но я, то и дело ловил её ликующий взгляд. Ничего детка, я на тебе отыграюсь на ужине. И вот сейчас, сидя за столом, пришло время выполнить своё обещание. Я положил свою руку на её колено и легонько сжал. Белла замерла. После стал поглаживать ножку, забираясь под платье, Белла продолжала беседу как будто ничего не произошло. А она крепкий орешек. Тогда я очертил пальцем кромку трусиков и легонько прошёлся по её складочкам. Свон судорожно вздохнула. О. МОЙ. БОГ. Она уже была мокрой, она просто истекала соками. У меня промелькнула мысль взять её прямо здесь – за столом, на глазах её дяди и всей семьи. Похоже, я сильно замечтался, потому что вывела меня из грёз ладошка Беллы, нежно поглаживающая мой член через брюки. Я превратился в желе. И тут Белла как всегда меня удивила: она грубо его сжала, и я чуть не кончил. Сучка! Дальше было ещё хуже. Мою руку, которая поглаживала её бедро, она взяла в свою и положила на киску, давая почувствовать обилие соков. Но на этом не остановилась. Наклонившись ко мне, сексуально прошептала: