- Каролина, - рыкнул, а как его зовут? – живо собери всё! Чтобы через пять минут ты принесла новый завтрак для Беллы. Девушка, собрав осколки, выбежала из комнаты.
- Прости, дорогая, сейчас тебе принесут завтрак.
- А как тебя зовут?
- Ох, я совсем забыл представиться. Меня зовут Ричард Мюллер.
Каролина зашла в комнату с новым подносом полным еды и поставила его на стол. Я собралась вставать, как перед глазами все поплыло, и опустилась назад на подушки.
- Я не буду завтракать, я неважно себя чувствую.
- Белла, это не проблема. Каролина, подай еду Белле в кровать, - приказал он. Горничная, которая была уже у выхода, звонко цокая каблуками, схватила понос и принесла мне в кровать, а после удалилась. У Ричарда зазвонил телефон и он, извинившись передо мной, вышел. Наконец я осталась одна. Но ненадолго. Спустя минуты две как Мюллер вышел от меня, ко мне ворвалась разгневанная Каролина. В руках она держала огромный нож. От страха я вжалась в спинку кровати.
- Боишься? – глумливо спросила она. – Правильно делаешь. Слушай меня. Я, столько временя, потратила на Ричарда, я должна была стать его женой, а не ты! – что она несёт?
- Я ему не жена!
- Пока. Сейчас он договаривается об организации церемонии. Тварь, ты всё испортила, - пока она говорила, то водила лезвием по моему лицу. Именно в этот момент вошёл Ричард. Его лицо покраснело от гнева от той картины, которую он увидел. Каролина, увидев лицо хозяина, наоборот стала белее мела. Ричард схватил её за волосы и оттащил от меня. Он кричал на неё, выхватил нож стал оставлять глубокие порезы на её лице, по которому начала струиться кровь. От вида крови мне стало не по себе. Почему все это происходит со мной? За что? Все вокруг поплыло, и я опять провалилась в темноту.
Очнулась я от резкого и неприятного запаха нашатыря. Около меня сидел мужчина, на вид ему было около пятидесяти лет, в очках и с довольно милым пузиком. Он задавал мне вопросы, на которые я автоматически отвечала. После, он взял у меня немного крови для анализа и удалился. Ричард присел на кровать и погладил мою щеку.
- Не волнуйся, Белла, эту тварь я наказал, - сказал он с хищным оскалом. – Ты очень бледная, - действительно?! А с чего бы это? Ведь нет же ничего такого в том, что прямо на твоих глазах уродуют девушку. Это ж рядовое событие, с сарказмом подумала я. Мюллер поцеловал меня в лоб и вышел.
Спустя три часа, Ричард вернулся в сопровождении доктора.
- Так что с ней, док?
- Ничего страшного. Она просто беременна. Уже восьмая неделя.
Беременна? Это ребёнок Эдварда. Я никак не могу выкинуть его из своей жизни. Как только обрывается одна ниточка, связывающая нас, сразу появляется другая. Я посмотрела на Ричарда. Он был очень напряжён и зол.
- Доктор, вы свободны, - мужчина удалился без лишних вопросов.
- Белла, ты понимаешь, что не можешь оставить этого ребёнка? – нет! Я никогда не избавлюсь от него по доброй воле.
- Почему? – прошептала я и пустила слезу. Ричард повернулся ко мне, и в его глазах я увидела сожаление.
- Боже, Белла, не смотри на меня так. Но этот ребёнок от Калена, а я не могу допустить, чтобы хоть что-то напоминало мне, что ты принадлежала другому мужчине.
Я решила зайти с другой стороны. Он помешан на мне, для него я королева и он выполнит любой мой каприз, нужно лишь правильно его попросить.
- Ричард, ты же понимаешь, что этот малыш часть меня?
- Да.
- И ты хочешь убить эту часть? То есть убить меня?
- Нет! – воскликнул он и кинулся на колени к моей кровати. – Я никогда не убью тебя! Но этот ребёнок …
- Это мой ребёнок. И что если я потом не смогу родить тебе ребёнка? Если я не смогу выносить нашего малыша? – я решила сыграть эту роль. Буду делать вид, что люблю его. При моих словах о нашем с ним ребёнке он засветился.
- Ты хочешь от меня детей? – у него на лбу было написано, что он хочет услышать положительный ответ.
- Конечно.
- Почему?
- Ведь я люблю тебя, только давай не будем торопиться, нам надо узнать друг друга, - мысленно я молилась, чтобы он мне поверил. Как только эти слова вылетели из моих уст, он крепко обнял меня и поцеловал. Я активно отвечала на поцелуй, дабы потвердеть свои слова. Я буду гореть в аду. Но ради ребёнка я готова на всё. Я думала о побеге, но теперь это вряд ли возможно. Мне нужно время, чтобы придумать план.