Образ Ким и загадочные улыбки, которыми мы с ней обменивались этим утром за завтраком с ее семьей.
Ким, когда она затащила меня в ванную в коттедже днем, чтобы поцеловать меня до бессознательного состояния. Ее рот был изголодавшийся и отчаянный, как будто ей никогда не будет меня достаточно.
Ким, рухнувшая на меня сверху, покрытая капельками пота и запыхавшаяся, мои пальцы все еще нежно поглаживающие… Господи.
Я не знаю, как долго я сидела там, потягивая свой напиток, разрываясь между гневом и жалостью к себе, но в конце концов текила закончилась, я допила пиво и вышла из бара.
Я бесцельно шаталась по заснеженным улицам, алкоголя в моем организме было достаточно, чтобы поддерживать во мне тепло, но не достаточно, чтобы избавиться от мыслей об одной темноволосой, голубоглазой женщине, которая засела у меня в голове.
Ким, которую я знаю менее 48 часов.
Ким, у которой была подружка модельной внешности.
Ким… в которую я безнадежно влюбилась.
Я прослонялась почти час, не желая идти домой, но и не испытывая желания идти в другой бар. Наконец, согревающий эффект текилы пропал и холод привел меня к дверям домика Греты. Я сначала подумала, что разбудила ее – она была одета в халат, а ее волосы растрепались, как будто она только встала с постели. Ее приветливая улыбка сразу же превратилась в обеспокоенную, когда она увидела меня, и она втянула меня, безвольную, в тепло своей квартиры.
"Господи, боже мой, Дарси – что с тобой случилось? И где Ким? Последний раз, когда я вас видела, вы обменивались такими взглядами через стол, что заставили бы покраснеть даже Мадонну!"
"О, да," – я прошла мимо нее, рухнув на кушетку с тяжелым вздохом: – "Ну, это было до того, как объявилась подружка Ким и сбросила меня с небес на землю к остальным смертным".
"Ее подруга??!"
Она была определенно в шоке, и я даже почувствовала себя немного лучше от того, что не я одна пребывала в такой растерянности.
"Да, ее подруга. И не просто подруга. Ты знаешь, это как в песне Роллинг Стоунс? Даже мертвых заставит воскреснуть. Вот какая это подруга. Черт, у меня было ощущение, что я должна заплатить деньги, лишь бы хоть одним глазком взглянуть на нее. Черт".
Я вздохнула и откинула голову на подушки.
"Черт, черт, черт".
"Вот дерьмо, Дарси, мне очень жаль". – Она подумала секунду. – "А ты уверена? Я имею в виду, Пэм и Кен никогда не упоминали о какой-либо девушке, и они оба, казались рады-радёшеньки, что у вас так все хорошо складывается… черт, да я сама видела вас сегодня, и я не могу представить, чтобы Ким смотрела на кого-то, так же как на тебя, если она при этом была с кем-то еще ".
Это конечно было мило с ее стороны так говорить, но меня немного беспокоила эта ее фраза«рады-радёшеньки».Грета была известна своей слабостью в отношении мартини и фильмов с Кэри Грантом, и когда это случалось, то после она то и дело вставляла словечки своей матери.«Рады-радёшеньки»– было одно из ее любимых. Также распространенными были«счастливы как моллюски»и«уютненько».
Я бросила взгляд в направлении барной стойки, которая отделяла гостинную от кухни, и увидела красовавшуюся там бутылочку мартини.
"Поймать вора"? – Спросила я, улыбнувшись, когда она упала на диван рядом со мной и небрежно чмокнула меня в щеку.
"Это я уже посмотрела. Только начала Филадельфийскую историю. Знаешь… Декстер П. Хээээ-ван", – пропела она, и я рассмеялась. Я чувствовала себя прекрасно.
"Превосходно". – сказала я, и в шутку толкнула ее плечо своим.
"Не возражаешь, если я присоединюсь к твоей вечеринке?"
"Я думаю, что это было бы замечательно", – ответила она ее лучшим голосом Кейт Хепберн, а затем снова переключилась в режим обеспокоенного друга.
"Ты хочешь поговорить об этом, Дарси?"
Я сморщилась и покачала головой. – "Нет".
"Ну, тогда," – протянула она, снова входя в роль. – "Будь хорошей девочкой и сделай мне еще один мартини, договорились?"
"Но что об этом подумает дорогой Па-Па?" – Сказала я. Она хихикнула, и предложила мне маленькое шоколадное пирожное из своего объемного кармана.