- Идем? - спросил Грэм.
Он был одет в серый свитер, джинсы и черное пальто. Такой солидный, волосы уложены гелем. Его черные глаза светились, а губы сошлись в приветливой улыбке. Мне так спокойно рядом с ним.
- Да, сначала я хочу поискать в больницах. Возможно, что он попал в аварию, я слышала скрип железа, - ответила я.
Кристофер все еще держал телефон у уха, но мысленно он был где-то далеко. Взгляд метался между нами, останавливался на мне и снова метался.
- Это обязательно? - грубо спросил он, - Мне нужно время.
Он был зол. Взяв свою сумку, парень дал нам знак идти за ним и пошел к выходу. Грэм взял мою сумку и пошел за ним. Я улыбнулась ему, застегнула пуговицы молочного пальто и последовала за ними.
- Кидай вещи в багажник, - скомандовал брюнет.
Я подошла к задней двери джипа и открыла ее. Кристофер резко протянул руку и захлопнул. Я вздрогнула, уставившись на его руку, которая лежала на моей. Теплая ладонь согревала мою ледяную руку. Снова странное ощущение переливалось по телу дрожью.
- Ты сядешь вперед, - сказал он.
Я не осмелилась посмотреть на него. Мне не особо этого хотелось. А вот он наоборот, не отрывал от меня взгляда. Лишь, когда подошел Грэм, Кристофер убрал руку и обошел машину.
- Все в порядке? - положив руку мне на плечо, спросил Грэм.
- Да, - я кивнула.
Мы сели в машину. Кристофер недовольно вздыхал, давая понять, что мы заставили его ждать. Как только я пристегнула ремень, машина на всей скорости помчалась вперед.
- Едем в больницу, потом снимем номера в отеле, - сказал Грэм, спустя некоторое время.
Я краем глаза заметила, что Кристофер совсем не слушает его. Он выглядел задумчивым, даже не следил за дорогой. В профиль он казался еще красивее. Дневной свет выделял его профиль, очерчивая черты лица и шеи. Помотав головой, чтобы развеять эти глупые мысли, я перевела взгляд на дорогу.
- Кристофер, ты меня слышишь?! - повысил голос Грэм.
Парень проморгал и обратил на нас внимание. Через переднее зеркало, он взглянул на брата.
- Я слышу тебя.
- Ты не заболел случайно?
Парень выдавил смешок, притормозив у тротуара. Мы остановились возле местной больницы.
- Грэм, обзвони все больницы и морги, - выходя из машины, Кристофер посмотрел на меня.
От мысли, что папа... у меня все внутри застыло. Страх медленно развивался в животе. Грэм тоже смотрел на меня. Его лицо выражало сочувствие, но и надежда в нем была.
- Не переживай, Кристен. С ним все будет хорошо, - подбодрил Грэм.
Я натянула улыбку, но вышло не очень.
- Долго ты будешь сидеть? - буркнул Кристофер.
Я сняла ремень и вышла из машины. Прохладный ветерок подул на меня, в нос ударил запах жухлой травы. Я поморщилась, захлопнула дверь и вышла на тротуар. Кристофер пошел к белому, большому зданию. Я поплелась за ним, скрестив руки на груди. Ветер приятно вздымал волосы и ласкал кожу, оставляя мурашки. Мои глаза устремились на идущего впереди брюнета. Парень шел так уверенно и спокойно, никакой ветер ему не страшен. В своем черном пальто с приподнятым воротом, он выглядел грозно и притягательно. Будто почувствовав на себе мой пристальный взгляд, он обернулся. Я резко остановилась, чуть не врезавшись в его спину. Он самодовольно улыбался.
- Я так хорош, верно? Не можешь устоять передо мной? - соблазнительным голосом прошептал парень.
Я не нашла что ответить, лишь вышла вперед. Он какой-то странный... Не пытается нагрубить, сделать мне больно. Может это какой-то его план? Эффект неожиданности?
Пройдя немного, я почувствовала, как он схватил меня за локоть.
- Я пойду первым. Иди за мной, молчи, говорить буду я, - снова грубым тоном, он нахмурился и сжал мой локоть.
Я поморщилась, но терпела. Уголки его губ поползли вверх, глаза засверкали.
- А, ты не такая слабачка, какой кажешься.
- Ты не отстанешь от меня, да?
Лицо сменилось непроницаемостью. Он нахмурил брови и грубо откинул мою руку. Быстрым шагом, парень устремился в больницу. Я топнула ногой, чертыхнулась и пошла за ним.
Когда я зашла, в нос ударил запах антибиотиков, спирта и кофе. Больница была довольно таки красивой и комфортной. Все самое современное: кресла, диваны, стулья. Нежно-розовые стены, кремовая мебель создавали уют.
Кристофер стоял возле медсестры и спрашивал, где можно узнать информацию о поступивших пациентах.
- Кто именно вам нужен? - спросила медсестра.
Я подошла к ним и хотела ответить, но он опередил меня.
- Джонатан Кларк, - ответил он.
Меня словно током ударило. Как он может знать моего отца? Его даже в моих документах нет. У папы всегда был фальшивый паспорт, на такие случаи.
- Да, такой пациент поступил сегодня утром. Но он в коме, - констатировала медсестра.
Я ахнула, с ужасом слушая ее слова, начала задыхаться. Воздуха катастрофически не хватало, легкие будто перекрыли.
- Папа... - произнесла я.
- Скажите, как нам пройти к нему? - быстро переведя взгляд на медсестру, спросил парень.
- Прямо по коридору, первая палата справа, - показав путь, медсестра посочувствовала и удалилась.
Я тяжело дышала, хватая ртом воздух. Кристофер подхватил меня, прежде чем я чуть не рухнула на пол. Он посадил меня на кожаный диван и присел на корточки передо мной.
- Сейчас мы зайдем в палату. Но если ты не прекратишь истерить, я оставлю тебя здесь! - твердо заявил он.
А это подействовало. Я сразу успокоилась и замолчала. Он довольно улыбнулся.
- Моя малышка, - сказал он, помогая мне встать.
Мы прошли по коридору, зашли в первую палату справа. Я набралась смелости, сделала глубокий вдох и вошла. Папа лежал в центре палаты. Несколько проводов и капельниц вколоты в вены. На лице были ссадины, открытые участки тела в синяках. Он действительно попал в аварию. Но кто был рядом? Я слышала, как кто-то называл мое имя.
- Папа... - прошептала я и подбежала к нему.
Я прикрыла рот рукой, чтобы он не слышал, как я плачу. Папа никогда не позволял мне плакать. "Слезы - слабость" говорил он.
- Па-а-ап, что случилось? Не бросай меня, ты же обещал! Ты обещал вернуться и забрать меня! Папа, у меня никого нет кроме тебя, - рыдала я, уткнувшись в грудь отца.
Знаю, он в коме, но говорят, что люди в коме слышат. Если говорить с ними, они услышат и выздоровеют быстрее.
- Слышишь, папа, не бросай меня! Не смей бросать меня, отец! - мой голос сорвался на крик.
Кристофер молчал, ему нечего было сказать. Он не умеет сочувствовать и успокаивать.
- Пожалуйста, папа, борись ради меня. Я ведь умру без тебя, - я держала руку отца, такую теплую и обессиленную, - Что же с тобой произошло? От кого ты хотел уберечь меня? Кому надо было искать меня и покушаться на тебя? Папа... папа... прошу, ради мамы, ради меня... Господи, не забирай у меня отца. Ты итак оставил меня без материнской ласки, не лишай отцовской, - дрожащим и хриплым голосом, я не переставала плакать.