Медсестра нехотя осмотрела ее и задала Марго несколько вопросов по типу: «Завтракала ли ты, дорогуша, сегодня? Если да, то чем?», «Хорошо ли спала ночью?», «С утра чувствовала себя нормально?», «Не переутомлялась?». Спала ночью Марго хорошо и без сновидений, легла как обычно в одиннадцать вечера, на тренировке не перетруждалась, утром чувствовала себя хорошо, на завтрак ела печенье с молоком.
В глаза великовозрастного медика промелькнула искорка, будто она нашла точку, за которую могла зацепиться. Медсестра заверила, что это все случилось с Марго из-за неправильного питания с утра. На завтрак надо есть кашу, сказала она, а печенье – это баловство, которое может сгодиться для перерыва между обедом и ужином. Но уверенности в ее голосе не хватало. Скорее всего, школьная медсестра не могла точно объяснить причину случившегося с Марго, за все время ее врачебной практики такой неочевидный и резкий случай ухудшения здоровья она наблюдала впервые.
Она велела Марго идти домой, поесть нормальной еды и хорошенько проветрить комнату, а сама сообщила по телефону родителям о недомогании их дочери. Медсестра выдала ей справку и отправила за вещами в класс. Марго же, приведя себя в чувство, уходить не собиралась. Медсестра, однако, слушать ее не стала и была непреклонна в своем решении. В конечном итоге Марго согласилась на компромисс: она досиживает эти несчастные двадцать пять минут от урока и уходит домой. Медсестра согласилась, выдала ей справку и отпустила.
В следующий раз она увидела Марго из окна своего кабинета, лежащую мертвой на носилках.
Случилось все слишком быстро, как это обычно и бывает. Не досидев до конца урока, неожиданно для всех Марго свалилась со стула, никто даже опомниться не успел, и ударилась головой о ножку соседней парты, ее ноги в судороге задергались, тело начало извиваться, словно пластилиновое, и биться в судорогах. Одноклассники в ужасе закричали, учительница тут же подбежала к дергающейся на полу Марго. В этот момент из ее рта пошла пена, сначала немного, а потом бурным потоком, глаза стали пустыми и безжизненными. Ее пытались держать, но безуспешно. Еще через несколько секунд ее тело обмякло – припадок закончился. Но Марго уже не дышала.
Трудно описать, что творилось в этот момент среди одноклассников Марго. Кто-то плакал, кто-то пытался говорить с уже умершей девушкой, учительница в сердцах звонила в скорую и кричала в трубку оператору, затем сквозь слезы родителям Марго, которым еще десять минут назад звонила медсестра и заверяла, что Марго уже лучше и что она скоро будет дома. В дверях класса стали собираться ученики со всего этажа, но ребята из десятого класса загородили проход, не давая другим пройти и увидеть, что случилось с их одноклассницей.
Вскоре приехала скорая. Санитары прорвались сквозь толпу ребят, быстро водрузили тело Марго на носилки, накрыли брезентом и понесли к выходу. Что было дальше – уже известно.
5
В этот день на третьем уроке к десятиклассникам пришли после совещания с директором их классные руководители и заявили, что они сразу же по звонку отправляются по домам, никуда не захаживая. Родители должны сегодня же позвонить или написать, во сколько их дети пришли домой. Объяснялись такие строгие меры введением неофициальных каникул, на бумаге нигде не прописанные, сроков не имеющие, поэтому школа формально несла ответственность за жизни детей в учебные часы. Короче, на бумаге десятиклассники посещали школу и учились, а по факту должны были сидеть дома и учиться самостоятельно. О сроках, когда будут распущены по домам остальные классы, пока не сообщалось.
Сначала все несказанно обрадовались – никому лишний раз не хотелось ходить по школьным коридорам и слушать разговоры про Марго Кларк и Ричи с Питом. Этого они уже наслушались днями ранее и не хотели вспоминать еще раз, но уже через несколько дней прочувствовали всю возложенную на них тягость.
Плохой Интернет у учителей, как следствие неполадки с «Дискордом», прогульщики, просиживание за компьютером с тетрадками семь часов ежедневно, плюс домашнее задание. И это лишь самая ничтожная часть того, с чем столкнулись десятиклассники в этот период.
Ситуация накалялась новыми смертями. Бедные дети ждали следующий день как собственный конец. После череды смертей одних и тех же детей в пределах двух классов, всем окончательно стало ясно, что их жизнь может оборваться в любой момент. Все местные сообщества и СМИ пестрели заголовками и некрологами, уведомляющие жителей Новой надежды об еще одной гибели школьника.