12
Марти сильно изменился за эти несколько дней. Лицо его с каждым днем приобретало все более выраженный серый оттенок, который он замечал каждое утро при чистке зубов. Он стал меньше есть, а то и вовсе отказывался от еды.
С Кайлом он не виделся с того самого дня, как умер Ричи. Тогда они оба еще ни о чем не знали. Они просто увидели два растения, словно в мгновение ока выросшие из земли на их глазах.
В добавок у Марти появилась привычка уходить в парк, причем всегда в одно и то же время, будто в этом был свой скрытый смысл. Он проходил два круга вокруг парка прогулочным шагом, затем садился на одну из лавочек с урной неподалеку, всегда пустой, как отмечал Марти. Находилась эта лавочка прямо возле Трассы, ее освещал один единственный фонарь на каменном столбе. Свет падал прямо на него, окружая островком тепла и некоего уюта, когда впереди был лишь покрытый ночной завесой парк, кое-где рассеивающийся фонарями.
Марти сидел, терпеливо вглядываясь в темноту, словно кого-то ждал. Поглядывал он в основном на кусты и клен, выросшие вскоре после смерти того, кто материализовался в их корнях. Не давали покоя Марти самые первые растения, выросшие здесь через день после посадки школьниками деревьев в парке. Кто же мог стать их «обладателем»? Ведь он выяснил: просто так они не вырастают. То, что отравило парковую землю, должно забрать жизнь, прежде чем поместить в землю тело с еще не покинувшей этот мир душой.
Поздно вечером четырнадцатого октября, когда родители уже уснули, Марти первый раз пришел на это место. Тогда же он с горечью заметил, что его стало влечь сюда с тех пор, как неподалеку от его лавочки несколько дней назад примерно в это же время он откопал под хиленьким больным кустиком существо, бывшее некогда его одноклассником. Вспомнив про него, Марти ноги будто бы сами понесли к тому месту.
Нажав на панели управления нужную кнопку, он включил в телефоне фонарик и подошел к этому злосчастному месту. Сердце его гулко забилось, дыхание соединилось со свистом холодного ветра, гуляющий по открытому всем воздушным потокам парку. В голове всплыли образы и фигуры той ночи, когда Марти в необъяснимом порыве чувств и эмоций пришел сюда искать свой худший кошмар.
Ему вспомнился отвратительный образ Ричи: один глаз смотрит косо, а другой прямо в душу, раздробленные кости, некоторые выпирают из ноги, расплющенное лицо. Потом Ричи сказал ему кое-что важное, но прервался, так как его душу на время вытеснило Зло. А потом… Потом была лопата, треск проломленной черепной коробки, желтые и красные сочащиеся мерзкие жидкости. Субстанция повсюду, от нее не отмыться. Вонь, невыносимая вонь старой, сырой, прогнившей земли и…кажется, смрад начавшегося разложения, или Марти это тогда показалось.
Все это вспомнилось Марти в тот вечер четырнадцатого октября. Он стоял прямо возле чахлого куста, ставший еще более облезлым, чем несколько дней назад. Он словно перенесся в тот день и переживал его снова. Марти дрожал всем телом, глаза невольно закрывались, но перед ними была все та же картина: лопата, вошедшая в голову этому существу, а за ее конец держатся трясущиеся руки Марти. Он думал, что сможет забыть это, погрузился в работу, ведь работа – это лучшее лекарство от страха и горя, но Зло не обмануть, оно всегда получает свое. Утром Марти это осознал окончательно.
Ему все же хватило духу открыть глаза и превозмочь отвращение. Он направил свет фонарика на чахлый куст. Тот действительно увял на глазах: сухие, коричневые с желтым переливом листья почти все осыпались, ломались от одного только прикосновения к ним. Ветви куста стали все больше крениться к земле. Растение погибло, погибло вместе с окончательной смертью того, кто лежал под ним.
«Никто не умирает здесь сразу», – подумал Марти с содроганием.
Ему стало полегче, дрожь на время прекратилась. Это не победа, он лишь справился с единичным проявлением этого всемогущего Зла, что забирает людей. Даже, если сделать тоже самое с остальными, пока еще не слишком поздно, то зло все равно не исчезнет, ведь оно в земле.
«Боже, о чем ты думаешь, это же настоящее безумие!»
Да, это самое настоящее безумие. У нормального человека уже давно бы поехала крыша на такой почве. Марти все чаще стал сомневаться: сохранил ли он свой здравый рассудок или он помутнел и дал трещину? Марти не мог ответить на этот вопрос. Возможно, он действительно сходит с ума, но ведь та ночь, когда он откопал и убил Ричи не являлась его галлюцинацией, тому есть яркие подтверждения. Тогда остается вариант с помутнением рассудка уже после той ночи.