Больше всего вопросов было именно к классным руководителям. На них могли ответить только директор и его заместитель, но по непонятной причине с четырнадцатого октября их рабочие телефоны оказались выключены.
А дни все шли, принося новые и новые смерти. Дозвониться директору и его заму пытались каждый день, но никто упорно не брал трубку. У десятиклассников формировалось стойкое кошмарное чувство, что их бросили на произвол судьбы, словно гадкого котенка на улицу.
Даже по прошествии года трудно сказать – догадывалось ли руководство школы Новой надежды об истинной причине смерти десятиклассников или считало: если игнорировать проблему, то она непременно исчезнет.
Следующим после Марго Кларк стал ее одноклассник – Адам Гарсен. Шестнадцатого октября он, проигнорировав свои онлайн занятия, позвал одного их своих друзей к себе в гараж. В его красном «Фольксвагене» 1991 года выпуска, подаренного отцом на день рождения, сгорел двигатель, и ему требовалась помощь, но никого кроме Кайла Глина – приятеля Марти – не нашлось. Толку от друга оказалось, как от козла молока, почти всю работу Адам делал сам, от Кайла требовалось лишь подавать инструменты, светить, держать капот и моральная поддержка.
Работа все не шла, Адам с Кайлом не могли понять, в чем вообще причина поломки. Пробыл Кайл в гараже друга где-то до двух часов дня, после тот с раздосадованным видом отправил Кайла домой, сказав, что поищет кого-нибудь другого, кто хорошо разбирается в двигателе старой машины. Кайл расстроился, что его вот так прогоняют, вся эта возня с сердцем автомобиля его притягивала, он действительно хотел разобраться в проблеме «Фольксвагена» Адама.
В одиннадцать вечера Кайл уже падал с ног, засыпая на ходу. Приняв душ, он лег в постель и собрался позвонить Адаму спросить про двигатель. Друг упорно не брал трубку, из телефона доносились лишь длинные гудки, затем голос автоответчика и больше ничего. Кайл проверил его аккаунт в «Фейсбуке», но там он не появлялся с шести вечера. Тревожное чувство зародилось в голове Кайла, и он всерьез забеспокоился за своего друга. Но идти в одиннадцать вечера в самый неприятный район Новой надежды – гаражи на окраине – ему совсем не хотелось. Там-то и днем небезопасно ходить в одиночку, а ночью рискуешь нарваться на невменяемых, алкашей, наркоманов и прочую нечисть.
Поэтому он решил позвонить тем, кого Адам мог пригласить помочь с двигателем в «Фольксвагене».
Благо Кайл никого не разбудил своим неожиданным звонком, однако надежды его не оправдались: Адам никого кроме него не приглашал сегодня в свой гараж. Тут-то сердце парня и забилось как ужаленное, ему стало по-настоящему страшно за Адама. В голове стали всплывать истории, как людей находили в гараже задохнувшимися угарным газом или с пулей промеж глаз в багажнике. Гаражи – место безлюдное, и хорошей репутацией оно не пользуется. Но кто стал бы убивать Адама, подумал Кайл. Нет, убийство исключено, а вот ударить по голове чем-то тяжелым и обокрасть – это запросто, не зря же детей из Новой надежды с детства наставляли не ходить в те места одному.
Кайл вновь набрал его номер, но, спустя десять гудков, вызов сбросился. Он стал наматывать круги по квартире, в спешке принимая решение. Спать Кайлу больше не хотелось, сердце со страху сжималось, левый глаз начал дергаться, из носа потекло, как это бывает у Кайла в стрессовой ситуации. Неизвестность терзала его, но в то же время он не хотел идти один ночью через весь городок.
Но, помявшись, он плюнул на все тормозящие факторы, умылся прохладной водой и стал собираться на улицу.
Чтобы обуздать сонливость, Кайл достал с последней полки холодильника банку энергетика, хотя поклялся себе бросить их употребление из-за начавшихся скачков давления, выпил несколькими большими глотками и стал одеваться.
На улице к ночи стоял ужасный холод, температура стремительно приближалась к нулю. Уже на полпути к гаражу Адама Кайл пожалел, что так легко оделся. На нем был лишь свитшот, похожий со стороны на тонкий свитер, летние джинсы и осенняя куртка без капюшона.
Из своего дома до гаража Кайл шел больше двух километров и, чтобы немного срезать, пошел через парк.
Едва он вошел на территорию парка, как ему тут же захотелось развернуться и пойти другой дорогой. Кайлу показалось, что парк стал чуточку «гуще», словно тут прибавилось растительности. И да, вглядываясь во мрак, рассеиваемый фонарями, он заметил несколько новых кустов, коих не видел здесь несколькими днями ранее во время прогулки с Марти. В памяти всплыли события того дня.