Марти тогда психанул из-за куста и клена, которых, по его мнению, тут расти не должны. Помнилось, он даже смог убедить в своей правоте Кайла, от чего тому стало не по себе, совсем как сейчас, когда его вновь занесло в парк. Этот смутный, едва понятный ему ужас, вновь возымел силу над Кайлом, он не хотел смотреть на эти новые растения, которых, он был уверен, тут прибавилось. Кайл ускорил шаг и сконцентрировался на «Трассе». Холод пробирал уже до костей и остаток пути до гаража он проделал чуть ли не бегом. Про сомнительные растения в парке Кайл вспомнил еще раз, когда дошел до того места, где перед их с Марти взором предстал новый куст.
Он невольно остановился возле него. Куст уже начал осыпаться, на земле мозаикой лежали маленькие пожелтевшие листья. Кайлу не нравилось то, что он видел пред собой, но больше всего он страдал от холода – это и заставило его выйти из ступора и пойти дальше.
Задержись Кайл еще на полчаса в парке, то пересекся бы с Марти, полуночные походы в парк которого стали уже необходимостью.
Ближе к полуночи в гаражном кооперативе было на удивление тихо. Это Кайла одновременно и радовало, и пугало. Лучше бы уж там было шумно, так бы он хоть знал, каких мест остерегаться; пришлось полагаться на свое везение.
Гараж Адама располагался в глубине кооператива, идти до него пришлось еще минут десять, тщательно подбирая в темноте дорогу. Внезапно до ушей Кайла в ночном безмолвии донеслась музыка, и доносилась она как раз с линии, где находился гараж его друга. Он ускорил шаг в надежде застать Адама там целым и невредимым.
Едва ни замерзший ночной гость оказался на линии гаражей, разделенные проселочной дорогой, то сразу понял, откуда играет музыка. Ворота одного из гаражей стояли настежь открытыми, на улицу выходил теплый свет. Сердце Кайла забилось сильнее, в висках он чувствовал пульсацию крови, ведь это был гараж Адама. Он рывком добежал до него, хотя уже не чувствовал ног и рук, которые от холода карманы уже не спасали.
Оказавшись внутри, Кайлу сразу стало теплее, оглушающая музыка разрывала барабанные перепонки, и он поспешил отсоединить телефон Адама от стереосистемы. Музыка стихла, но, к своему всепоглощающему ужасу, Кайл услышал мерное тарахтение мотора автомобиля.
В голове промелькнула одна единственная мысль, заставившая его застыть камнем на месте и заглянуть в салон машины.
На заднем сидении, привалившись головой к дверце, лежал Адам. Кайл содрогнулся с остекленевшими от ужаса глазами, рука невольно потянулась к хлипкой дверце «Фольксвагена». Потянув ее на себя, в сторону гостя повалился Адам, заставив его вскрикнуть. Рука Адама свисала из машины и стала покачиваться из стороны в сторону, точно маятник в часах. Из салона повеяло удушающим запахом угарного газа.
Хотелось кричать и носиться взад-вперед по гаражу от ужаса и бессилия. Несколько минут Кайл так и делал, пытаясь привести себя в чувство, потом, переборов отвращение, он зажал нос и полез в салон. Ключ торчал из замка зажигания, повернутый вправо. Все это время движок работал. Адам, по всей видимости, держал его заведенным, дабы проверять работоспособность, но забыл вытащить ключи из замка зажигания и уснул. А движок все это время работал, чего Кайл совершенно не мог понять. Как Адам, такой ответственный малый, мог допустить сон в салоне при заведенном двигателе? Кайл в это нисколько не верил, если только…
Кто-то специально мог завести двигатель, когда ничего неподозревающий Адам уже заснул. Он не мог завестись сам по себе.
Полдня они с Адамом ломали голову над несчастным движком и так ни к чему не пришли. Не мог он за несколько часов починить то, что не смогли исправить даже они оба. Да и не помогал Адаму больше никто, после ухода Кайла он остался работать в одиночку.
Он так сильно растерялся в припадке ужаса и шока, что не мог предпринять никаких действий. Кайл не помнил, сколько времени сидел возле мертвого Адама, задохнувшегося в угарном газе, едва сдерживая бушующую волну эмоций, но в какой-то момент решимость вернулась к нему, подвигнув набрать номер скорой помощи. Охваченный страхом и глубоким шоком Кайл еле-еле объяснил, как добраться до гаража.
Скорая приехала через час. Кайл рассказал санитарам все, что ему было известно об Адаме и о том, что с ним случилось. Адам учился в одном из десятых классов, как объяснил санитарам Кайл, после чего они как-то странно переглянулись между собой и стали шептаться, но ничего парню не сказали. От этого ему стало не по себе. Он думал, что ему станет чуточку лучше, когда Адама увезут от него с глаз долой, но эти подозрительные взгляды и перешептывания влияли на Кайла как нельзя хуже. Мало того, что у него умер друг, так это мог быть еще не конец. В душе он требовал объяснений, но так и не решился высказать свое недовольство.