– Но у нас в парке выросло пять новых кустов и одно деревце. – Голос старика стал походить на голос безумца.
– Фред, пожалуйста, – попытался остановить друга Биш, но тщетно.
– Вы мне скажете, что их посадили школьники на прошлой неделе, но это не так. Они сажали их на месте старой детской площадки, а эти раскиданы по всему парку.
– И к чему все это? – оживился Паркинсон. Биш и Малроу закатили глаза: они этот безумный рассказ слышали не впервые.
– Да то, что этих растений там ровно столько, сколько у нас умерло людей!
Паркинсон словно получил удар током. Тело покрылось мурашками, ноги в миг сделались каменными. Его разум полностью приковался к этому чудаковатому старику.
– Что еще вам известно? – нажимал шериф, изводимый судорогой.
Ричардсон посмотрел на своих друзей. Те сжали губы в трубочку и в ожидании смотрели на местного шерифа. Старик перешел от слов к действиям:
– Поедем ко мне домой. От этих двоих толку как от коровы соку. Вы же мне верите? – с надеждой спросил Ричардсон у Паркинсона.
– Я сам не знаю, во что верить, а во что нет, – ответил он.
– Тогда поехали! Вы на машине?
Паркинсон кивнул.
Он помог Ричардсону выйти из-за стола, и они вдвоем покинули заведение Морти. Когда автомобиль Паркинсона покинул стоянку, смотрящая ей вслед троица заговорила:
– Он каждому встречному эту чушь рассказывал, и никто ему не верил, – процедил Малроу.
– А это сам шериф Паркинсон проникся бреднями Фреда. Вы глаза его видели? Они так и пожирали бедолагу Фреда, – добавил Биш.
– Честно вам признаться, господа, мне наш главный блюститель порядка никогда не импонировал, – внес свою лепту в обсуждение Морти и продолжил разделывать рыбу.
21
Марти и Кайл, как и договаривались, вновь встретились в тот день. Кайл к тому времени выспался и предстал перед другом в куда более приличном виде, чем с утра. Джулия, узнав о встрече Марти с другом, наказала купить консервов для супа и в глубине души порадовалась за сына. Он наконец вышел из образа отшельника и покинул свою комнату, в которой сидел днями напролет.
Друзья шли по всей Новой надежде, куда глаза глядят. По пути они зашли к Морти, там Марти купил им по банке газировки и консервы для супа, Кайл же с собой взял пакет чипсов. Впервые за долгие годы прогулка с Марти и его непрерывная болтовня перестали быть для Кайла в тягость. Он даже мог сказать, что приятно провел это время.
Друзья обсуждали всякую забавную ерунду из своей жизни и последние события, намеренно избегая разговоров о недавних смертях одноклассников Марти и знакомых Кайла. Это бы только испортило их непринужденную прогулку, считал Марти. Он подметил, что отношение Кайла к нему претерпело значительные перемены. Из снисходительно терпимого общения он перешел на равное, теперь Кайл разговаривал с Марти как со своим другом, а не как с маленьким ребенком, которого приходится терпеть и прощать все его неурядицы. Марти в свою очередь все больше убеждался, что Кайлу можно будет доверить продолжить свое дело по искоренению зла из Новой надежды.
Разошлись они в начале пятого возле дома, где жила бабушка Кайла с его ненавистной теткой. Кайл всей душой надеялся не застать эту кикимору там. Кикиморе уже за тридцать, а она все еще живет с мамой и никак не переедет на постоянную основу к своему ухажёру в Дестаун.
Марти неспешно побрел домой, довольствуясь чудесным осенним днем. Небо хоть и заволокли серые облака, но зато стих пронизывающий северный ветер, с утра заявившей всей Новой надежде, что самое время доставать из шкафов одежду потеплее.
По пути к дому Марти вдруг вспомнил о последнем учебном дне вживую, дне, когда весь городок узнал о смерти Марго Кларк. Миссис Тейлор тогда сказала всему классу, а затем и донесла до родителей, чтобы те уделяли особое внимание своим детям и не выпускали их на улицу без сопровождения.
Это воспоминание рассмешило Марти. Никто этого правила не придерживался, даже такой прилежный ученик, как он. Парень каждую ночь уходил один в парк на час с лишним и возвращался домой во втором часу. И вот снова несмотря ни на что спокойно разгуливал с другом по Новой надежде, нарушая это дурацкое неписаное правило. Этот пустяковый, но все же протест, вызвал у него довольную улыбку.
Придавшись размышлениям, Марти не услышал приближающиеся шаги. Спохватился он только тогда, когда сзади идущие приблизились к нему почти вплотную и резко развернули лицом к себе.
Улыбка мигом стерлась с лица Марти. Перед ним стояли двое его одноклассников: Стенли Берк и Кори Марш. Они ехидно улыбались и смеялись в предвкушении чего-то столь желаемого.