Все это время Марти стоял в стороне и молча наблюдал за мужчиной, имя которого не удосужился спросить. Он понимал, что ему лучше уйти, не дожидаясь полиции, в противном случае его и родителей в следующие несколько часов ждет увлекательная беседа с полицией в здании муниципалитета на Центральной площади. Но его держало здесь другое.
Марти, как и Паркинсон, понимал, что зло начинает возвращать свое. Оно всегда доводит начатое до конца, как это было раньше, никто не ускользает от его теневых щупалец. Марти терзало сомнение: стоит ли говорить этому потерявшемуся в себе человеку, что он на самом деле не виноват?
В конце концов Марти решился с ним заговорить.
– Я – Марти, Марти Ройс. – Он протянул мужчине руку.
Паркинсон посмотрел на него слезившимися глазами, вяло пожал протянутую руку и ответил:
– А я – Дональд Паркинсон, сынок, пока что еще шериф этого округа.
Голову Марти словно пронзила насквозь стрела. Он никогда раньше не видел здешнего шерифа; тот с утра до вечера сидел в своем кабинете, изредка выезжая на вызовы, потому что Новая надежда считалась тем самым маленьким американским городком, где сроду ничего не происходит. Так считала семья Ройсов и многие в Новой надежде, сами же родители Марти никогда при его жизни в полицию не обращались, потому и со шерифом никто из них знаком не был. Они просто знали, что в 2017 году они и другие жители городка выбрали некоего Дональда Паркинсона и посадили его в кресло шерифа.
– Послушай, Марти, лучше тебе пойти домой, пока сюда не приехала полиция. И никому не говори, что ты сегодня видел, пусть все думают, что этот хулиган гнался за каким-то другим мальчиком. Мы договорились? – в надежде на понимание обратился к нему Паркинсон.
– А как же вы?
– Со мной все будет в порядке, главное не ввязывайся в это дело, если не хочешь своей семье лишних проблем. А теперь иди. – Паркинсон сделал жест руками, призвав Марти оставить его одного. Но парень никуда не ушел.
– Но вы же не виноваты! – вскричал Марти.
– Что? – В глазах Паркинсона слилось недоверие и любопытство.
– Это не вы сбили Кори, это Оно так захотело. Вы же сами видели, как резко остановилась машина на скорости, чего быть не может!
«БАБАХ!», – почувствовал Паркинсон у себя в голове. Этот пацан все понимает, также, как он сам и Ричардсон, хоть тот и забывается постоянно. Но этот парень знает, что на самом деле не Паркинсон убил этого Кори, а, значит, знает и про всех остальных.
Паркинсон схватил Марти за плечи и вскричал:
– Откуда тебе это известно?
– Полегче! Вы делаете мне больно, – сказал Марти.
– Прости. – Паркинсон ослабил напор. – Я все думал, что один такой… Будто только я знаю, что в Новой надежде все это не просто так. Но, оказывается, я не одинок! Надеюсь, ты меня понимаешь и не считаешь за психа, а то я сам начинаю сомневаться.
– Нет, что вы. – В знак подтверждения Марти покачал головой. – Прямо в школе, буквально в соседнем кабинете от нашего, в припадке умерла девочка.
– Марго Кларк?
– Д-да! – Марти всего трясло, он начал заикаться.
Он не один! Это прекрасное чувство захлестнуло его, как прохладная вода на лицо после сна. Марти все время думал, что только он один столкнулся со злом и знает о нем, начал потихоньку открывать карты Кайлу. И все это время в Новой надежде был человек, который мыслил точно так же!
– Что тебе еще известно? Ты мне – я тебе, давай, пока время есть. Боюсь, от меня больше не стоит ждать помощи, но сейчас есть немного времени.
– Это зло, оно очень древнее. Возможно, вы думаете, что оно поселилось в Новой надежде, но оно и есть Новая надежда, всегда ею и было. – Марти сделал короткую паузу и указал на парк. – Там. Там его логово, оно в самой земле. Все, кто умер недавно, лежат там, под кустами и деревьями. Там же остались и их души, которые тщетно борются за жизнь и вскоре исчезнут навсегда, поглощенные им.
Вдалеке послышался вой полицейских сирен. Паркинсон и Марти повернули головы в сторону Центральной площади, которую не видно с северной стороны парка.
– Это за мной. Уходи отсюда, Марти, но сначала…
Паркинсон открыл пассажирскую дверцу своей машины и достал оттуда папку Ричардсона. Он сунул ее в руки Марти и сказал:
– Я взял ее у одного старика. Он живет в лесу, Эпл-стрит, 67, зовут Фред Ричардсон. У него проблемы с памятью, но разговорить его можно. Найди его. А теперь иди!