По мере приближения к интересующей меня и Миру компании из четырёх мужчин народ расступался, пропуская нас.
И вот мы уже рядом с одним из мангалов, у которого спиной к нам стоит мой папа, Антон Антонович Стрельцов. Тут же с годовалым сыном на руках дядя Дима (Масиком Дмитрия Орлова называла только тётя Марго, её подруги и наша Мира). Не заметить бородатого дядю Мишу (он же Медведь) тоже было невозможно. А вот своего блондинистого длинноволосого женишка я что-то не узрела.
Неужто сбежал? – раньше времени обрадовалась я.
- А вот и наша победительница! – первым меня увидел Медведь. – Поздравляю, детка! Хотя я и не сомневался в твоей победе! Иди, я тебя расцелую!
- Спасибо, дядь Миш, – направилась я к бородачу.
Муж тёти Марго кивнул мне, его сынишка что-то сказал, но было не разобрать, зато как он хлопал в ладоши. Папа повернулся и окинул меня взглядом, в котором говорилось: «Дома поговорим, когда останемся без зрителей!».
Сестрёнка подбежала к нему и попросилась на ручки. Она хоть и была старше, чем сын Орловых, но папа не устоял и поднял её на руки. Мира похлопала его по плечу и сказала:
- Антош, Вика заслужила эту победу, так что не стоит сейчас.
Если на меня у папы и был хоть какой-то иммунитет, то вот с мягкостью и любовью, которой всегда светились глаза Миры, когда она смотрела на него, мой отец бороться не мог. В такие моменты он становился другим.
- Да, ты права, – говорит папа и целует жену в висок. – Победителей не судят! Тем более это не единственная её победа. Поздравляю!
И что-то в интонации папы меня смутило, Мира тоже не упустила двусмысленности его слов.
- Антош, ты о чём?
Ответил папа не ей, а мне.
- Что ж, дочь, хоть чем-то ты меня сегодня порадовала.
- Пап, ты о чём?
И тут я слышу голос того, кого априори здесь не должно было быть.
- Думаю, он обо мне, – говорит Mr. X, он же старший брат моего «жениха на один вечер».
И он не просто это сказал, он обнял меня одной рукой и прижал к себе, целуя в щёку (ещё пару миллиметров и попал бы в губы, просто я успела чуть-чуть отпрянуть)
Я потеряла дар речи, мой жутко иногда правильный папа никак не отреагировал на вольность этого наглого Mr. X. Даже хуже! Папа подтвердил его слова, сказав лишь одно:
- Поздравляю!
А этот гад, Mr. X, получив добро, доделывает то, что у него не получилось с первого раза. Он разворачивает меня к себе лицом, обнимая одной рукой за талию, а вторую я уже чувствую на шее. Большим пальцем, упираясь мне в подбородок, Mr. X поднимает моё лицо вверх. Мы встречается с ним взглядами, и он говорит:
- Привет, Вик, всего пару часов не виделись, а я уже соскучился.
И!!! И он целует меня в губы.
Я так растерялась, что даже и не поняла, как так вышло, что ответила на этот поцелуй.
Почему мне так нравилось с ним целоваться?
Этим вопросом я задавалась задолго до этого вечера. Со дня нашей первой встречи этот вопрос не давал мне покоя. Тут правильно именно сказать нашей случайной встречи, а не дня знакомства. Потому что познакомились мы лишь полгода спустя, когда я по протекции дяди Димы устроилась на работу в риэлтерскую компанию. Вот там-то на собеседовании я и встретила Mr. X второй раз. Потом выяснилось, что он оказался там не случайным посетителем. Только я поздно об этом узнала.
Всё, что было до нашей второй встречи, я постаралась забыть, то была ошибка, моя ошибка! Ведь если бы не поход с девчонками в тот ночной клуб в день Всех Влюблённых и не приват-танец на спор, не наглое приложение, сделанное мне после танца, а главное, не моё согласие, то всё бы было по-другому.
И на утро я бы не встретилась нос к носу с чьей-то невестой.
В общем, неважно!
Надо прекратить этот поцелуй, как и этот фарс под названием «Mr. X – мой жених!».
Эти мысли позволили мне вернуться в реальность и прервать поцелуй.
Mr. X не стал настаивать на продолжении, но и из своих объятий не выпустил. Наклонившись ко мне, он тихо сказал:
- Шшш, Ви, не стоит. Все здесь присутствующие считают меня твоим женихом. Ты же не хочешь им рассказать, при каких обстоятельствах мы встретились первый раз? Думаю, твой папа очень разочаруется, узнав, что его дочь, его гордость и радость…, – тут была пауза для придачи значимости и драматичности момента. – Занималась сексом за деньги!?
Это божья кара! – решила я. – Вот зачем я пошла в тот клуб, зачем согласилась на тот танец? И почему я всё же взяла его деньги?!