— У богатых свои причуды, — смеется одна из девушек, — отвалить столько денег за платье и отказаться в последний момент! — слышу обсуждения девушке, прежде чем закрыть дверь.
— Милый…
— Марк, — зовет мама.
— Мама, — обращается Диана, дрожащим голосом, — скажите, что это шутка? — выдавливая из себя улыбку она подходит к моей маме.
— Для тебя я Анастасия Витальевна, — она одергивает ее руку, которой она пытается схватить маму за руку, — сынок я всегда верила, что к тебе придет просветление! — подмигивает мне.
А вот папа, отходит от шока и начинает кричать.
— Ты что творишь?
— Ты не можешь так поступить со мной! Бросить меня при всех! — набираясь смелости, горланит Диана, маленькими шагами подходит к папе.
— Могу и наедине, только это ничего уже не изменит. Я принял свое решение, отменять не буду!
— Пройдем в кабинет! — требует отец, и я следую за ним.
— А как же я?
— А ты подожди здесь дочка, ничего ещё не меняется! — просит отец, когда видит, каким взглядом я окидываю свою невесту, бывшую. Слава Богу!
— Ты в своем уме? — спрашивает отец, как только за нами закрывается дверь, — такие деньги на кону! Мы никогда не сможем выйти на международный уровень без отца Дианы! Ты что творишь? В последний момент отказываться от свадьбы — это глупо, не рассудительно!
— Папа, ты любишь маму?
— С чего сейчас подобные вопросы?
— Просто ответь, давай присядем, — прежде у нас отцом были разговоры, очень много. Деловых, дружеских, семейных, но душевных — никогда, пора уже и на душевные переходить!
— Конечно, люблю, спрашиваешь!
— Я тоже хочу любить свою жену!
— Ты же любишь Диану? — окидывает меня странным взглядом, присаживается в кресло, — или не любишь?
— Не люблю папа! И женится ради контракта и денег не хочу!
— Но сынок… все уже решено! Альберт Иванович никогда не простит нам сорванную свадьбу дочери, будет устраивать козни, втыкать палки в колеса… ты сам знаешь, лучше меня! — отец ожидаемо злиться, только сейчас я вижу в его глазах понимание, — так нельзя делать! Мы взрослые люди, должны отвечать за свой выбор и поступки!
— Ты думаешь сделка с арабами нужна только нам? Он тоже хочет выйти на международный рынок! Не в его интересах с нами сейчас воевать! Мы вкладываем в общее дело, у нас общие интересы в подписания контракта, он не может его сорвать!
— У нас не просто бизнес! У нас золото! Золото Марк!
— У нас золото, у него драгоценные камни, Альберт Иванович тоже хочет выйти на международный рынок, и без нас у него ничего не получится, так как и у нас без него.
— Я это понимаю, просто мы не знаем, как себя поведет Альберт, после сорванной свадьбы. Мы не сможем поставлять изделия, если арабы не подпишут с нами контракт! А без Альберта они не подпишут!
— Если он даст заднюю, найдем другие пути пробраться к арабам! Я за это сейчас не переживаю папа!
— Ты понимаешь, — он прокашливается, — да мы просто не можем так поступить с Альбертом! Мы уже договорились и все решили! Диана — лучший способ дружбы между нами! На кону стоят большие деньги и бизнес! И ваша свадьба лучшее гарантия того, что никто друг друга не подведет, не подставит!
— Я не могу связать свою жизнь с Дианой, с женщиной которую не люблю, ради бизнеса за границей! И не буду папа! Мне достаточно того, что у нас есть в нашей стране! Я все сказал, прости, мне надо бежать! У нас сегодня совещание, если ты не забыл.
— Ты подставляешь меня перед Альбертом, что я ему скажу?
— Я сам скажу, не переживай!
— Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь?!
— Просто верь в меня и все!
— Марк, милый, — сильно взволнованная Диана встречает нас в гостиной. Мама спокойно попивает чай с чабрецом, он пахнет на всю гостиную.
— Сынок, завтрак остыл, — абсолютно спокойно говорит мама, довольно улыбаясь.
— Мама, скажите ему!
— Я тебе не мама.
— Ты передумал, свадьба состоится? — игнорируя всех, Диана лезет обнимать меня, — скажи что это шутка?
— Езжай домой Диана! — тактично убираю ее руки со своей шеи, — я сказал: свадьбы не будет!
— Почему? Ты можешь сказать мне причину? Что случилось за одну ночь, почему ты передумал?
— У меня нет времени на твои истерики! Прекрати! — она заходится в громком плаче. Мама смотря на эту картину лишь закатывает глаза и крестится. Я знаю, она была против Дианы, просто потому что та ей казалась не женщиной, а куклой. А я все спорил дурак, что в ней это говорит материнская ревность. Папа стоит протирает глаза: