— Давай, аккуратнее там, не убейся, — по итогу Денис, как всегда, первый скинул трубку.
В противном случае их диалоги могли длиться часами. Друзьям не нужно было искать темы для общения друг с другом. Они могли разговаривать абсолютно обо всём, и казалось — как столь совершенно два разных мира сошлись в этой невероятной дружбе? Представитель золотой молодёжи с безлимитной картой и совершенно новенькой машиной из салона и выпускник детского дома с багажом проблем. Наверное, сами друзья не смогли бы дать ответ на этот вопрос. И всё же их дружбу не сломали ни время, ни расстояние.
Жизнь бывает удивительна, как узоры персидского ковра, переставляя и сплетая судьбы людей на своё не ведомое никому усмотрение. Семён посидел ещё немного, борясь с жаждой и плохим самочувствием. Думать о сегодняшнем дне не хотелось, но молодого директора ожидало ещё огромное количество важных дел. Завтрашний день должен быть насыщенным.
Потребовалось некоторое усилие, чтобы подняться. Встав с пола и опираясь на свой рабочий стол, Семён постоял, немного заставляя организм привыкнуть к новому положению. Нужно было привести рабочее место в порядок, убрать все окровавленные салфетки, поднять опрокинутое кресло и принести себе хотя бы стакан свежей воды. Конечно же, всё это далось с трудом, а за водой идти сил и вовсе не оказалось. Идея установить себе кулер в кабинете уже не казалась такой плохой.
Посидев какое-то время и позалипав пустым взглядом в нерабочий монитор, Берёзов всё же пошёл на поводу своих дурных желаний. Взяв в руки зажигалку и пачку сигарет, на ватных ногах добрался до старых окон кабинета. До курилки Семён явно бы не добрался. Генеральный директор редко курил в кабинете, только в случаях сильной усталости или же как сейчас — с плохим самочувствием. Положив руку на залапанную дверную ручку с облупившейся краской, что была нанесена в несколько слоёв, Семён прикрыл глаза, ощущая, как внутри в сумасшедшей аритмии бьётся сердце. «Надо успокаиваться», — пронеслось у него в голове. Свежий воздух в душном кабинете хорошо бы посопутствовал этому.
Семён открыл все замки на окнах, а после дёрнул за ручку. Со скрипом гнилого дерева рама поддалась и с трудом сдвинулась на несколько сантиметров. Вздох разочарования раздался как будто из самой глубины торса молодого человека. Набрав в себе остаток сил, гендиректор резко дёрнул за ручку оконной двери. С противным скрипом открылось первое окно из двух. Берёзов предположил, что второе окно тоже так легко ему не поддастся, и сразу дёрнул со всей силы, что у него была. Но как оказалось, второе окно держалось на добром слове, и Семён просто выдернул его с корнями, а вернее петли и саморезы, на которых они держались. При всём этом, вдобавок о кулак директора разбилось и первое окно.
С насмешливым звоном посыпалось старое стекло, отслужившее свой век.
— Заебись! — громко выругался Семён, придерживая старую оконную раму, что просто разваливалась у него в руках.
В секундном раздумье находился директор, а после просто бросил на пол прогнившую оконную дверь. Несчастное стеклянное сооружение разбилось вдребезги, и щепками вокруг развалилась рама, словно напоминая, что случилось со страной, в которой оно было изготовлено. На полу и подоконнике валялись окровавленные осколки. Впрочем, злиться было уже не на кого, кроме как на самого себя, а многолетняя практика показывала, что дело это было бесполезным. Не обращая внимания на изрезанную руку и бардак вокруг, Берёзов спокойненько прикурил и, облокотившись на покрытую облупленной краской плиту, стал наслаждаться дневным прохладным ветерком. Ветер, что гулял на высоте этажа, стал проникать в затхлое помещение старого кабинета и выносить из него все дурные запахи, как и тревоги владельца помещения. Понемногу позволяя насладиться моментом. Насыщая пространство свежим воздухом с тонкой ноткой аромата хвойного леса и приводя мысли и ритм сердца в порядок.
В голове всё никак не укладывалась сегодняшняя перепалка с братом. Неужто так сложно строить своё будущее чужими руками? Если бы кто-то знал, как в своё время Семён хотел получить образование, поступить в институт, вкусить все прелести студенческой жизни. Пусть даже с трудносдаваемыми сессиями, бессонными ночами и общежитием, что находилось бы на окраине города. Но только бы это время было беззаботным… Таким, что не пришлось бы беспокоиться даже о самых простых вещах, таких, как где бы переночевать, что поесть, найти тёплые вещи и многие другие вопросы, с которыми Берёзову пришлось столкнуться уже в старших классах, в школе.