- О том, где мы будем жить, папа,-ответила ему,- Ярослав признался в своих чувствах, попросил меня остаться с ним, но ты же знаешь, пап, мне тяжело здесь, а в свете последних событий, и того сложнее. Весь этот город одно сплошное напоминание.
- Дочь,- голос отца звучал спокойно, помогая расслабиться,- Город здесь не при чем, ты же понимаешь. За всю твою жизнь в твоем багаже скапливаются как хорошие, так и не очень, воспоминания. И только от тебя зависит, какими воспоминаниями ты будешь пользоваться, идя по жизни. Будешь вспоминать только плохое, вокруг начнет формироваться черный вакуум, притягивая подобное. А, если ты вынесешь урок из тех плохих воспоминаний, уверяю тебя, станешь только сильнее и мудрее. Помнишь, я рассказывал тебе про нас с мамой. Если бы не ее вера в лучшее, я бы не выдержал. Она тогда спасла меня, помогла стать лучше, хотя я сам себе казался абсолютно безнадежным. Подумай об этом, детеныш, позволь твоему мужчине сделать тебя счастливой, не сопротивляйся. А в этом или другом городе, это лишь вопрос геолокации.
Отец замолчал, молчала и я. Но наше молчание продлилось недолго, отец снова заговорил, но теперь его слова были жесче, интонация изменилась.
- Саша, послушай меня внимательно,- сказал он,- Я знаю, что вы с Зоей сегодня будете встречаться с вашей подругой. Эта девушка не совсем адекватно воспринимает реальность, она яростно увлечена тем молодым человеком, Владом, который возомнил себя ангелом отмщения или карающим мечом правосудия. Она не услышит ни одного довода, можете не пытаться, вам просто нужно поговорить с ней, попытаться вывести ее на эмоции, раскрыть себя. А уж Ярослав сможет прочитать ее, как открытую книгу, а потом, наконец, выйти на след Влада. Мы все это сделаем, малышка, и все закончится. Поэтому, я очень тебя прошу, не нужно лезть на рожон, ведите себя непринужденно, так, словно вы просто три подруги, которые давно не виделись. У вас общее горе, вам есть что обсудить. Понимаешь, о чем я?
- Понимаю, пап,- ответила я,- Ваня сказал все то же самое.
- Иван толковый парень, ему можно доверять,- похвалил отец,- Слушайся ребят во всем, и все будет хорошо.
- Я поняла, пап,- сказала я,- Спасибо тебе. И поцелуй от меня маму, пожалуйста. Я так соскучилась по вам, честно, хочу к вам на выходные, маминых отбивных, наши посиделки возле камина.
- Скоро все закончится, детеныш, обещаю,- ответил отец,- Будем ждать вас в гости. Зодно посмотрю, как зять себя ведет!
- Пап!- протянула я,- Не начинай!
- Даже и не собирался,- спокойно ответил отец,- Всего лишь констатирую факт! Ладно, ребенок, береги себя и звони, если что.
- Хорошо, папуль,- кивнула я, соглашаясь, хоть и знала, что он не увидит моего движения,- Любою вас. До звонка.
Мы распрощались с отцом, и я устало откинулась на спинку кресла. Неожиданно поймала себя на мысли, что хочу оказаться в надежных заботливых объятьях Ярослава, послать к черту всех этих ненормальных с их крестовым походом, и просто наслаждаться жизнью. Понимала, что не получится, но мечтать то я могу? Этого у меня никто не отберет. Словно услышав мои мысли, мой телефон ожил. Я с недоумением посмотрела на экран. Ярослав. Не теряя ни секунды, ответила на вызов, расплываясь в такой долгожданной улыбке.
- Привет, красавица,- услышала я родной бархатный голос, и внутри все затрепетало. Его голос напрочь сносил крышу, и, если можно подогнать понятие «фетишизм» под мое восприятие его голоса, тогда я однозначно «голосовой фетишист». Я готова слушать его голос часами, получая несравненное эстетическое удовольствие.
- Привет, Яр,- отозвалась я, почти шепотом.
- Как ты? Как настрой?- в его голосе явственно слышались взволнованные нотки, он переживал за меня.
- Не волнуйся, все хорошо. Сейчас с отцом разговаривала, оказывается, он знает про нас. И откуда, интересно, он узнал,- Ярослав затих, а я рассмеялась ему в трубку,- Ты невыносимый, ты знаешь? Все решил сам. Да, Яр?
- Решил,- не стал отпираться он,- Понимаю, что это прозвучит высокопарно, но я не могу тебя отпустить, Саш, да и не хочу. Я хочу присвоить тебя себе, окружить тебя собой. Но не думай, что я озабоченный тиран, нет. Хотя, наверное, да. Черт, для меня такое впервые, я очень надеюсь, что ты верно истолкуешь мои поступки и слова,- он замолчал, а я не встревала, давая ему время собраться с мыслями,- Никогда прежде мне не хотелось столь отчаянно быть ни с одной женщиной. Ты, словно наваждение, Саша. Такая милая, юная, страстная, невероятная женщина. И я не хочу тебя терять, слышишь? Не хочу и не могу.
- Яр,- тихо произнесла я,- Но ведь наваждение может схлынуть, исчезнуть так же, как и появилось. Разве нет?
- Нет,- горячо возразил он,- Нет, Саша. Ты в моей душе, в моем сердце. И я шалею от осознания того, что ты моя, от своих чувств к тебе. Это для меня в новинку, знаешь, я иногда ловлю себя на мысли, что волнуюсь, как пацан. Иду, как по минному полю, шаг вправо, шаг влево. И боюсь ошибиться, боюсь ступить не туда. Понимаешь, что я имею ввиду?